Глава 19. Дети Света
По толпе пронёсся испуганный вздох и шёпот. Чей-то женский голос выкрикивал проклятия в адрес князя и его помощников, но смелой поселянке тут же кто-то закрыл рот, чтобы она не оказалась на помосте следующей. Повисло тяжкое, гнетущее молчание, и вдруг в этой прозрачной тишине что-то коротко щёлкнуло, свистнуло, а потом все увидели, как две стрелы, сверкнув в последних лучах солнца блестящими наконечниками, одна за другой с перерывом в несколько секунд разорвали верёвки прямо над головами пленников. Но не успели несчастные рухнуть на деревянный помост, как третья стрела сразила самого князя, стоявшего чуть поодаль. Двое ратников подхватили его под руки; светлую одежду обагрило широкое кровавое пятно. А меткого лучника уже не было возможности разглядеть: толпа расступилась, пропуская храбреца, и снова плотные ряды сомкнулись, не давая погоне настигнуть его. Но за ним никто и не погнался: дозорным было не до того, жизнь князя оказалась в опасности. Несколько поселян, что стояли ближе остальных к краю, бросились к помосту. Юноша и девушка были без сознания. На бледных, почти побелевших лицах виднелись синяки и тёмные кровоподтёки. Ещё каких-либо несколько секунд, и лучник бы не успел спасти их...
– Воды! Скорее! – крикнула всё та же женщина, что покрывала князя и ратников последними словами. Почти тут же небольшая наполненная фляга прошла по рукам и попала к ней. Сорвав крышку, женщина слегка плеснула водой в лицо пленникам. Кто-то уже распутывал верёвки, кто-то бил по щекам, пытаясь привести в чувства. Наконец юноша открыл глаза, закашлялся и, с трудом приподнявшись, обернулся к другой пленнице, совсем молоденькой девчонке.
– Славка! Славка! – он схватил её за плечи, встряхнул, потом приложил ладонь к ее чуть приоткрытым губам, пытаясь уловить дыхание. – Славка, милая!..
– Да брось, парень, – послышался над самым ухом чей-то голос. – Сам-то чудом жив остался.
– Не дышит, – в отчаянии прошептала женщина. Она вылила девушке в лицо уже добрую половину всей воды из фляги, но Славка так и не пришла в себя.
– Да её второй срезало, время прошло, тут не выживешь... Жаль девчонку, пожить не успела да погибла без вины, – вздохнул кто-то из мужчин. – Оставь её, похороним как положено...
Ярико, казалось, этого не слышал. Бережно опустив Славку на траву, он поднялся на ноги, хоть и сам стоял с трудом, прикоснулся к тоненьким пёрышкам, привязанным к кожаному очелью, и тихонько свистнул. Почти тут же над головами поселян раздалось хлопанье крыльев и хриплое карканье. Огромный чёрный ворон опустился на плечо юноши и вцепился когтями в серую льняную ткань его рубахи.
– Ну, Феникс, ты уж меня прости, – прошептал Ярико, потрепав его одной рукой по перьям, и без того торчащим в разные стороны. – Ты знаешь, что делать.
Он указал в сторону лежавшей на земле девушки. Феникс слетел с его плеча, покружил над нею, а потом вдруг мягко опустился ей на грудь, в последний раз взмахнул широкими иссиня-чёрными крыльями и скрылся в ярком сполохе пламени. Огонь исчез так же внезапно, как и вспыхнул, два маленьких пёрышка, кружась, спустились на землю и пропали в траве, а Славка вдруг тихо вздохнула и открыла глаза. Ярико помог ей подняться.
– Что это? – мужчина с длинными тёмными волосами, собранными на затылке в хвост, наконец обрёл дар речи.
– Феникс, – коротко ответил Ярико, прижав Славку к себе. Она положила руку на плечо ему и спрятала лицо у него на груди, боясь чужих пристальных взглядов и расспросов. – Птица моя. Он ей жизнь свою отдал.
Вокруг них уже собралась довольно большая толпа. По рядам прошелестел встревоженный шёпот, в котором Ярико разобрал два слова: «Дети Света». Поговаривали, что такая птица, как у него, появлялась на свете всего раз в сотню лет, никто доселе не видал ни её, ни ей подобных, и оттого изумлению поселян не было предела. Ребята, спасённые таинственным стрелком, были явно не из простых.
– Бегите скорее, пока дозорным не до вас, – всё та же сердобольная поселянка посмотрела сначала на них, потом – на ратников, суетившихся вокруг князя, раненного чьей-то стрелой. Никто не успел разглядеть союзника ребят; а ежели кто-то и разглядел, то предпочитали молчать. Ярико, не отпуская руку Славки, нырнул в толпу, и вскоре они оба затерялись среди жителей деревеньки. Только у самого леса Ярико позволил себе остановиться, отдохнуть.