– Я пирог испекла, – вдруг вспомнила Райда. Это был последний шанс увести супруга домой. – С яблоками.
Кит усмехнулся, опустил глаза, и она поняла, что он на сей раз точно останется.
– Спасибо, милая, – улыбка тронула его губы, когда он снова взглянул на жену. – Но я всё-таки дождусь Йалу. Ступай домой, ложись спать, час поздний.
Райда вздохнула. Подошла к нему, чуть наклонившись, коснулась губами его светло-русых растрёпанных волос. В тишине гулко прозвучали её шаги. Дверь негромко скрипнула. Оставшись в одиночестве, Кит уронил голову на руки и сжал виски ладонями. Где же Йала?..
Глава 22. Западные Земли
Золотистая створка ворот Прави закрылась изнутри, и Йала, убрав меч обратно в ножны, с облегчением выдохнул и оглянулся на своего спутника. Иттрик стоял всё так же молча и в привычной позе – сцепив руки внизу замком, – будто ничего не произошло, будто не он только что прогулялся между мирами. Он последнее время вёл себя категорически непонятно и необъяснимо, и если раньше Йала был почти уверен в том, что его странности постепенно пройдут благодаря его отеческой заботе и вниманию Райды, то теперь у него вдруг мелькнула мысль о том, что после пережитого бедняга уже вряд ли когда-нибудь станет прежним.
Иттрик дважды оказывался на краю гибели в своей жизни. В Яви его пытались спасти, в Прави спасения от смерти нет, но ему повезло. Йала поначалу и сам только удивлялся тому, что в загробном мире тоже можно умереть, но позже ему пояснили: смерть в Прави означает совершенный конец жизни, ведёт туда, откуда нет возвращения. Если, погибнув в Яви, ты получаешь шанс прожить ещё одну жизнь, исправить все свои ошибки, договорить и доделать всё то, что не успел на земле, то, умирая в Прави, ты исчезаешь в бесконечности, как песчинка в пустыне, капля в океане, да мало ли, с чем можно сравнить быстротечность, ничтожность одной человеческой жизни...
Одной из таких "песчинок" наполовину стал Иттрик, юный служитель культа Сварога. Рыжая ведьма из Нави, вечная соперница Даны, как-то раз уже побывала в Прави, пока Врата между Навью и Правью были открыты. Ничего доброго в Правь Астра не принесла, только, уходя, забрала с собой жизни многих. Судьба Иттрика, тогда ещё мальчишки солнцеворотов пятнадцати от покрова, не сложилась иначе. С Астрой была давняя вражда ещё у его матери, хранительницы Света. В первой и последней их схватке Астра смогла одолеть её, хотя сын пытался её прикрыть, тогда же и познакомился со Славкой: бежал в деревню за помощью, но не знал, что ранения, оставленные Тьмой, вылечить невозможно, и все старания девочки и её матери-знахарки оказались напрасны.
Уже в Прави Астра и твари из Нави, подвластные ей, напали на деревеньку племени Сварога. Погибли многие, но некоторым удалось скрыться и доставить вести об этом в Кейне. А вот Иттрику повезло куда меньше: он едва не сошёл с ума, и если бы не внимательная и чуткая Райда, вовремя отыскавшая его, голодного, оборванного, на перевале Ла-Рен, неизвестно, что с ним стало бы. Он долго болел, не вставал всю зиму, совсем закрылся в себе и перестал доверять людям, только рвался в Явь, не зная, что из Прави пути назад нет. По просьбе Райды Йала на первых порах приглядывал за парнишкой и сам не заметил, когда успел привязаться к нему, да и тот и с тех пор тенью следовал за своим наставником, заменившим ему отца.
– Знаешь, я так рад, что Славка жива, – мимоходом бросил Йала. Песок шелестел и расползался под ногами, быстро идти не получалось, но торопиться им было некуда: разве что сам он хотел успеть домой до рассвета, однако это вряд ли бы вышло. От Граничных земель до Кейне идти пешему было далековато, за ночь бы навряд ли уложились. Путь до горной гряды занимал несколько часов, к тому же следовало пройти через Валех кружным путём, отнимавшим ещё добрых часа три-четыре.
– Да, – негромко отозвался Иттрик. В этом тихом и кратком «да» было больше чувств, чем если бы он ответил многословно.
– Да ты, никак, влюбился? – Йала хохотнул, провёл ладонью по жёсткой чёрной щетине. Иттрик резко обернулся, взглянул на него из-под своих густых выгоревших ресниц. Щёки его заметно покраснели: как все светловолосые, он легко краснел.