Плывем. По паре — в ряд. Первыми — графиня Аннетта с любовником, следом — Селена с Лианом, последними — мы с Орионом, отставая на пару шагов. Как и положено этикетом.
Дружненькое такое шествие.
И хорошо. Хоть такой же темно-зеленый наряд Лиана к моему подойдет неплохо. А вот его общество мне — куда меньше.
Правда, причина такой расцветки жениховского камзола радует меньше. Потому как просто в тон сестре. Селена нарядилась так же, как и я! В зеленое. Правда, на голове навертела сложную «северную лютню» с жемчугом.
Ей, увы, идет. Не меньше, чем обычное голубое или бирюзовое.
А вот у меня цветов в распоряжении гораздо меньше. Решила исподтишка затмить, будущая сестричка?
Неважно! Сегодня меня не затмит никто. Я так решила.
Тем более, в бальном зале Селена перехватит у меня брата. На первый же танец. И на все последующие. И сама ни для кого другого станет недоступна. Уж Орион-то об этом позаботиться.
Всё же хорошо, что нам не за кого соперничать.
И меня тоже найдется, кому перехватить. Рыжая я там или нет, в родстве с ведьмами или мимо проходила, но сиротливо у стенки не стояла еще никогда. Даже в день дебюта.
И вообще обожаю танцевать до упаду.
- Проклинаю! - яростный женский вопль вспорол ночной воздух.
Будто темный вихрь пронесся слева, за сумеречными деревьями. Темный, ледяной, безжалостный.
Я резко дернулась — поздно!
Орион резко оттолкнул меня вправо, загородив собой. Я не успела его остановить — впервые в жизни. Не успела ничего.
И туман заволок всё вокруг. Серый, мерзкий, хищный. Будто варенье — вокруг беспомощных мух. Сквозь него рвется лунный свет — растроившейся луны. Боги, их на сером небе в самом деле сейчас — три!
И показался или нет пылающий силуэт в черни небес? Всадник... Один... второй... Третий...
Дикая Осенняя Охота скачет над нами во весь опор!
Бледная фигурка рядом — дрожащая Селена. А еще дальше — ее братец Лиан. Чуть ли не позади нее. Кто же тогда ее-то толкнул сюда? Орион был слишком далеко. Мы слишком отстали от семьи Альден. Не шагать же след в след. Проклятые приличия, чтоб им...
Значит, мать? Сейчас я начну думать о ней лучше. Это о себе — в разы паршивее. Неповоротливая корова! Как я могла позволить Ориону...
Развеять бы только в глазах вязкий туман и шевельнуться!
Впереди не вижу уже никого и ничего. Не вижу Ориона! И даже дернуться не могу!
- Проклинаю вас всех! - женщина это завывает или кровожадная гарпия из древних легенд? - Вас всех!..
Всех собравшихся или...
- Чтоб вам не знать покоя и счастья, чтоб вам выплакать глаза от горя! Пусть ваши тела останутся непогребенными, пусть отравленные острые ножи пронзят ваши черные, гнилые сердца!..
Соображает она явно плохо, мешает жуткие угрозы, путает местами, но они подействуют всё равно! Так или иначе — если успеть их закрепить! А кто помешает-то?
Всё у нее действует, потому что заклятие — настоящее. Иначе я уже рванула бы вперед.
И не только я.
Ее бы уже остановили.
О таком проклятии я слышала. Культ Темной Дари с треклятого Востока! Века пережил, сейчас возродился...
Кто придумал, что проклятие не действует, если в него не верить? Главное, что оно верит в тебя!
Почему наши боги слабы, почему чужой подземный демон настолько силен? Почему я не могу даже шевельнуться? Как беспомощная бабочка. Трепыхаю бесполезными крыльями, пока голодный паук уже затягивает липкую нить...
- Если у меня есть хоть какие-то заслуги перед богами...
Всё. Слова-закреп.
Свиток из библиотеки папиного друга. Старинный свиток. Древний, темный восточный культ. Последние прибежище рабов, бедняков, вдов и сирот. Их последний шанс — перед всесильным врагом. Когда уже нечего терять.
Темный культ ужасен, но по-своему справедлив. От него не откупиться звонким золотом или земными связами. И бесполезно жечь перед древними богами жертвоприношения — высшие и низшие силы отвернутся. Вступятся лишь за полностью невинного. Но таковым может быть признан лишь безгрешный монах-отшельник, много лет проводящий дни и ночи в смиренных молитвах. Да и то — не каждый.
В легендах любили проклинать и отшельников...
Но при чём здесь мы? Орион? Я? Даже Селена? Где, когда и чем мы могли такое заслужить? Даже если она — лжива и лицемерна насквозь, кому это вредит-то? Мой брат сам обманываться рад.
Яростный голос смолк, резко оборвавшись. Серый туман медленно расползается вслед — рваными клочьями. Ядовитое варенье вокруг пленных мух разбавляется водой.
Снова чувствую пальцы на ногах... на руках...
- Она мертва... - шелестящий шепот. Уже живой.
Чужой.
Туман развеялся. Голос проклинающей — тоже. Остались лишь мы. Все вокруг.
Гулкая тишина разом взорвалась женскими криками и жалобными охами, отборной мужской бранью, чьи-то плачем. Со слабым стоном кто-то валится в обморок.
Кажется, поймали.
Кто-то падал еще, кто-то — ловил. Эти — при деле.
Потому что прочие — бестолково мельтешат вокруг.
И снова луна — всего одна. Две прочие за это время куда-то растворились? Незаметно исчезли?
Умчались вместе с бесследно исчезнувшей Дикой Осенней Охотой?
Селена — бледна, как первый снег на погосте, но, как ни странно, всё еще на ногах. Хоть и опирается на крепкую руку Ориона.
Мне на подобное от жениха рассчитывать не приходится. Он сам отчаянно схватился за ствол ближайшего дерева — аж зеленый. Не хуже мягко шелестящей листвы. Не вывернуло бы. Предложить ппаток? Возьмет, но обидится. Это у него легко.
Я молча обошла Варга — этот поддерживает дрожащую любовницу. Раз он не дернулся — скручивать проклятийницу, всё уже точно закончилось. А самое жуткое уже всё равно произошло. Назад не отмотаешь.
Вроде, среди наших все живы-здоровы, все на ногах, раненых нет. Среди прочих групп есть нежные, обморочные дамы. Хватается за сердце смутно знакомый пожилой, почтенный граф. Наперебой суют нюхательные соли богато разряженной, грузной старухе две довольно бедно одетые девицы — приживалки? Надеюсь, им сегодня повезет. Как и мне. Нам всем трем срочно нужны не самые паршивые женихи.
И чтобы этого вечера никогда в нашей жизни не было!
Нет, раненых, говоришь? А трупы тебе не сойдут?
На ногах мы вновь удержались обе — и я, и Селена. Как ни странно.
Острый лунный луч — хвала богам, снова один! - выхватил и алую кровь на серой, посыпанной песком широкой дорожке, и три мертвых, неподвижных тела. Немолодая женщина в богатом платье, служанка ее же лет, чуть помоложе — крепкий охранник.
Древний восточный демон забрал их всех. Жизни вместе с душами.
Слуги-то — зачем? Впрочем, их бы всё равно не пощадили. Не после такого. Быстрая смерть для них теперь — лучшая участь.
Значит, даже не одна. Трое. Трое, отдавших темному культу все свои заслуги перед богами. Всё — ради исполнения.
Ей было лет пятьдесят, не больше. Зачем всё это? Кто она? Кому они мстили и за что? И кто угодил теперь под проклятие?
Увы, но врать себе глупо и бесполезно: я, Селена и Лиан оказались во втором ряду. То есть в меньшей досягаемости. Первый ряд заняли Селенина мамаша, Варг и... Орион. Мой любимый брат.
И самая жгучая волна проклятия накрыла именно их.