Хрен поймешь – за что купить, как говорится. Стрелять, не стрелять? Аборигены молчат, не отвечая на приветствие. Хотя чуйка на удивление молчит. Лишь функция всколыхнулась довольством – белый штырь Оси ощутимо увеличился в размерах и давит стойким сигналом, в котором проявился некий пульсирующий ритм, напоминающий биение исполинского сердца. Нервирует, падла.
-Командир? – одними губами шепнул Замес.
Троица мужиков синхронно бухнулись на колени, заставив смену откачнуться. Тощий приложился задницей к ободу Марты и нахмурился.
-Славься Барьер! – провозгласил нестройный хор.
Гляжу, дамочки, оставившие бытовые дела, тоже поспешили преклониться. Один из комитета по встрече простер к нам руки:
-Сбылось. Сбылось. Сбылось.
-Че? – вздрогнул Замес.
Шест скривился, прошептав:
-Так и знал, сука. Психические.
Ива еще разок икнула. Я строго покосился, намекая, что бойцам стоит вести себя как бойцам. Затем вежливо помотал ладонью, акцентируя внимание на местном населении:
-День, говорю, добрый.
-Славься Барьер!
-Бля, - выдохнула Крыса, тиская рукоять Малюты.
От теплушки, что выделялась позитивным зеленым раскрасом, в нашу сторону торопливо заковылял пожилой мужчина - припадая на левую ногу, пыхтел, оправлял на ходу некое подобие пиджака и не скрывал волнения на пожеванном годами лице. Не иначе как представитель местной администрации.
Приблизившись, бухнулся на колени и поднял сложенные чашечкой ладони:
-Благословите, посланники.
А я чет устал в непонимании:
-Пошел нахер, уважаемый.
-Славься Барьер! – покивал старче. Встал, торопливо отряхнул с колен мусор и улыбнулся, являя миру желтизну редких зубов.
-Славься! – откликнулся хор.
-Не, ну так-то приятно, - озвучил тихо тощий. Гляжу, приосанился. Дуло Пугала поперло вверх в некоем оружейном стояке. Мелкая заехала ему локтем по пузу, и боец слегка сдулся.
-Община рада приветствовать посланников Барьера, - объявил дед. - Мы верили, что благо снизойдёт и благо снизошло.
Позади с потусторонним шорохом закрылся проход в ширме. Индикаторы сервис модулей мигнули напоследок зеленым и погасли. Режим экономии, понимаю, и даже приветствую.
-Пилигримы мы, - попытался я в очередной раз.
-Как водится, – согласно покивал старик. – Я Восток, лидер общины ширмачей.
-Ширмачей? – не удержал любопытства Замес.
Восток доверительно склонился в его сторону:
-Некоторые ширмиками зовут, но то люди недалекие. Ширмачи мы и точка.
Секта или нечто подобное – подсказал разум. Хотя больше похоже на затерянную в глуши ферму, где сложился своеобразный социум, построенный на байках и фольклоре.
-Откровение гласит. - Старик торжественно оглянулся на жителей. – Барьер явит посланника, и община воспрянет.
-Не уверен, - признался я честно. - Может статься, что вам всем жопа.
-Барьер не ошибается, - прибавил строгости в голосе Восток.
От зеленой теплушки в сторону нашей честной компании выдвинулась сухопарая высокая женщина преклонного возраста – в платке и брезентовом плаще, подвязанном под грудью красной лентой. Подошла, потыкала пальцем деда и немного неуверенно зашептала:
-Не так встречаешь, старый.
-Цыц, Минерва.
-Козел старый, - не дрогнула дамочка. – Посланники с дороги, чай не просто одолевать великий Барьер. Который, кстати, славься.
Меня слегка попустило – от местных таки повеяло адекватностью и простой крестьянской сметкой. А значит можно пойти на контакт. Муэрте подождет – она и так в последнее время излишне сыта. Хотя в мертвом городе по-другому никак.
-Посланники приветствуют Ширмачей, - сказал я, чувствуя, как соратники ощутимо сбавляют градус напряжения. – Поговорим.
Дед вскинул руку и торжественно гаркнул:
-Прибыли!
Народ оттаял, иначе не сказать. Точно щелкнули переключателем, вернув обыденную программу действий – забот в общине не счесть, каждый при деле и справно тянет трудовую лямку. От мала до велика. Но лица стали чуть светлей - подавленность из общего фона не ушла, но стала менее яркой и довлеющей. Этот момент стоило прояснить – отметил я мельком. Хапнуть чужих проблем на зоне легко, а нам бы еще свои разгрести.
-Поговорим, - согласился дед, одернув пиджак.
В его глазах мелькнула хитринка и я понял, что пенсионер не так прост, как кажется. Есть у него интерес к посланникам - и походу не только теологический. Старик с внушением посмотрел на женщину, что мялась рядом: