-Сделай понажористей, - попросил я женщину. – Не жалей.
-Само собой, - кивнула кулинар.
-Достали, на, - рявкнул Замес на друзей. – Уймитесь.
Крыса и Шест одновременно показали друг другу по среднему пальцу. Говорю же, здоровый коллектив - прям не нарадуешься. Умник тем временем постарался перехватить мой взгляд. И это понятно - ему требуется знать, точнее ЗНАТЬ. Он зашел издалека:
-Как прошло?
Смена мгновенно затаила дыхание, отпустив показную беспечность.
-Кто надо жив, остальные сдохли, - усмехнулся я. И поторопил: - Спрашивай.
Замес подергал за кусочек бинта, выступавший из-под рукава, словил недовольство Ивы и решился:
-Когда уходим?
-Поправим здоровье, отожмем у Форта остатки и выдвинемся.
-К Оси? – прозвучало осторожно. Головастый малый, склеил факты и сделал вывод.
-Плюс минус, - покачал я ладонью.
-Вот это дело, - радостно потер ладоши тощий. -Давно пора.
-Давно пора что? - уточнил я с усмешкой.
-Валить из этого сральника, - рубанул Шест. - А то одни сука проблемы.
-Думаешь там будет лучше? - прищурился умник.
Шест на провокацию не поддался и сказал, как отрезал:
-Там будет не здесь.
Вот это понимаю - аргумент. И даже поддерживаю. Остался только один вопросик – сожаление на лице медика. Еще не горечь утраты, но уже почти.
-Не держи в себе боец, - подбодрил я девушку.
Ива не стушевалась под внимательными взглядами. Полагаю, окрепла и закалилась, выжив.
-Мне нравился кодекс, - тихо сказала она. – Как о нем рассказывал Амиго. Легион, великий Форт, порядок и честь…
-А люди, такие люди, - жестковато закончил я. – Будешь киснуть, будешь отжиматься. Пока мне не надоест. Еще вопросы?
-Командир, - прозвучал нестройный хор подтянувшихся бойцов. В бинтах и будничной одежонке по типу солянки из штанов, футболок они смотрелись на троечку. Но то лишь пока. Призраки боя отступят, боль уйдет, а новый день принесет облегчение. Это если мыслить на позитиве.
Вестовой от Валькирии к вечеру так и не появился. Но справедливости ради, было не до него – смена латалась и подсчитывала запасы, намечая план закупок. Дебаты, в которых не участвовал, порой случались жаркие, но Замес, косясь на меня, добротно регулировал споры. В конечный список планируемых приобретений я добавил лишь один пункт. Бойцы посмотрели, озадачились, сделали выводы, и Крыса довольно осклабилась. Да, мелкая, будет интересно.
В сон отошли по щелчку – лишь успели коснуться лежанок. Правда и проснулись столь же быстро – от выстрелов.
За оконцем темно, видны отсветы костров. Воздух тяжелый и густой. Во рту привычная сухость.
-Сука, - тощий дернул Пугало, и шмалабой приложил его по коленке.
Я рывком сместился к двери, прижимая к груди пистолет. Короткий взгляд в приоткрытую створку, беглая оценка угроз.
-Отбой, - махнул напряженным подопечным.
Грохнул еще один выстрел.
Под открытым небом сквозило прохладой – чуть больше привычного. В черноте неба где-то вдалеке блеснул росчерк молнии. Давненько не виделись, что называется, а может просто не присматривался в попытках выжить. Но выглядело символично.
У домика администрации, в паре метрах от крыльца, покачивался Фредерико. В левой руке мутная бутыль, в правой – шмалабой. В очередной раз приложившись к горлышку, он к чему-то прислушался и вскинул оружие.
Выстрел.
Подступив к Марте, я прислонился к борту. Подходить не стал - когда салютуют важно не мешать. Фредерико заметил меня в неровных отблесках кострищ, потыкал пальцем и широким жестом очеркнул территорию – мол смотри.
-Пусть покоятся с Осью! – рявкнул он.
Выстрел.
-Джимми!
Я молчал. Старый интендант чутка поломался – такое случается у хавильдаров, потерявших бойцов. Вольер никому не нужен, но Муэрте сочла по-другому.
-Помянем, Джимми, - гнул за свое Фредерико.
Тяжелым топотом от ворот примчалась патрульная десятка и с ходу ощетинилась оружием, беря на прицел подходы-отнорки. А рядом никого – держу в курсе. Цивилы в норках, а выжившие сипаи из числа охранки предпочли не мешать командиру.
-Какого хера, Фредерико?! - рявкнул старшой патруля. – Ты че творишь?!
Я отлип от борта.
-Пошел нахуй, Жим, - набычился хавильдар и щедро глотнул. – Здесь Вольер. Здесь моя территория.
Звучал он на удивление трезво и неожиданно грозно.
-Доложу, - чутка отступил патрульный. - И прекрати пальбу. Напрягаешь.