-Не особо, - буркнула девушка.
Замес немного горестно вздохнул, понимая, что соратники с головой нырнули в нехитрую ловушку, и решительно ступил вперед:
-Пойду первым.
-Похвально, но первым пойдет Шест, за ним Ива. Крыса, осмотри периметр. Замес и Фрау, контроль точки.
-А… - Санитарка осеклась.
Я чутка помедлил, ожидая продолжения, и согласился:
-Ценю намерение, Ива. Пойдешь впереди.
-Прикрою, - шепнул тощий в желании подбодрить дивчину.
Чем дальше, тем стремнее посыл. Хотя мы увидели лишь следствие и пока не догадываемся о причинах. А бойцы уже мнутся, являя мягкое брюшко. Еще немного и разозлюсь по-настоящему, а там как Ось пошлет – может и сделаю внушение с занесением.
Выдохнув, коротко скрежетнул, намекая, что терпение командира не безгранично:
-Пошли.
Медик аккуратно перебралась через наваленные тела, достигла первых ступеней и потыкала шмалабоем на подъем – в сизые лестничные марши. Шест с готовностью перевел Пугало в положение стрельбы по восходящей.
Лязгнуло.
Непонятный звук с непонятной периодичностью. Я присмотрелся к частям тел, свисающим с верхних перекрытий – жухлые ручки, кривые ножки, желтый оскал костей и тягучие черные капли, что сопротивлялись гравитации. Пахло одуряюще.
Основная проблема в том, что угрозы не чувствовалось – лишь общее напряжение, сродни долгой ноющей боли. Как хочешь, так и интерпретируй.
-Медленно, вверх, - шепнул я, чуть доводя автомат.
Первые клети квартир сереют обломками и сумраком дальних комнат. Привычные звуки города стихли, сменившись давящей тишиной. Чистая психология, как по мне – излишняя концентрация на объекте, скрадывающая детали.
Ива поскользнулась на фрагменте кишок и неловко ткнулась плечом в стену. Скрипнула перевязь Пугала – оружие готово карать и насаждать. Я поморщился и цокнул – собрались, черти, сжали булки и хватит уже косячить.
Поднялись на второй этаж и с минуту постояли, прислушиваясь. Новый лязгающий звук прозвучал немного тише, точно его источник ослабел. Но торопиться не станем – урок бойцами еще не усвоен, потому как они излишне бледны и слегка на нервах. Здоровый страх полезен, важно не дать ему затопить сознание.
Еще один лестничный пролет. Еще десяток тел, часть из которых вбиты в прутья перил. И я почти хочу увидеть, кто же у нас молодец. Чей навык столь эффективен?
Третий этаж. Апогей напряжения.
Я рубящим жестом показал на дверной проем по левую руку - осторожно входим, контролируя фланги, и не бздим. В идеале – скользим приставными, выделяя прицелом детали мертвого интерьера. Намерение, безусловно хорошее, вот только тел под ногами резко прибавилось, что осложняло слаженный шаг.
Тощий мотнул дулом в сторону зеленой искры у пристенка. Первое био, которое не собрано неизвестными. А то, что предыдущие адхары собрали, я почти не сомневался. Почти видел, как неизвестный рубил, сходу подпитывался зеленкой, и вновь рубил, изощряясь в искусстве мечника.
Цель нашлась в дальней комнатенке – бывшей спальне еще хранящей остатки кровати. Ива судорожно вздохнула и без слов цапнула сумку с медициной.
У разбитого оконного проема к стенке приткнулась женщина, приваленная сухостоем. Грудь, живот разодраны – в брюшине до сих пор торчат обрубки рук. Лицо стесано, на шее видны следы зубов. Справедливости ради, укусы видны повсюду – дамочку плотно погрызли, лохматя мышцы. В левой руке у нее обломок меча - судя по форме, катаны.
По телу неизвестной пробежала судорога и она дернула рукой, звякнув обломком о кусок арматуры. Вот и источник звука. Но как она до сих жива, мне непонятно. Хотя тело сведено в нешуточной судороге - возможно закинулась боевым коктейлем и шлифанула био, коего рядом в достатке. Вот только сил, чтобы принять адхары, уже нет.
Я присмотрелся к нажористому крупному упырю, что распластался рядом - в глазнице твари торчал кусок лезвия. Вот и тот, кто сломал победную серию.
-Как она… - Тощий хлопал глазами, явно пересчитывая трупы. – Кто она…
Медик пинками избавила женщину от давящей гнили трупов и рухнула на колени, дергая сумку. Рыкнула:
-Био!
Мы молча собрали. Ива судорожно замешала раствор, расчехлила перевязку… И через пару минут судорожно вздохнула. Посмотрела на меня, закусив губу, и отрицательно мотнула головой.
Раненная дернулась, захрипела – на губах лопнули пузырьки розовой пены. Единственный уцелевший глаз провернулся в орбите и попытался сфокусироваться. Но вряд ли она что-то видела – Муэрте транслировала ей уже совсем другую картинку.