-А? – не поняла мелкая.
-Ну поможем, че, - пожал я плечами.
Шест и Замес, подхватив колун и меч, послушно сорвались в атаку. И почти ударили да – только не оружием, а взяли сухих на плечо от плохо просчитанного рывка. Крыса точно растворилась, а Ива исполнила непонятный гибкий кульбит, втыкаясь куда-то в мошонку вскинувшейся твари. Порадовала Фрау, одной отмашкой опрокинувшая двоих упырей, нацелившихся на фланги Шеста, и доработавшая шмалабоем. Хороший расчет дистанции и никакого рукопашного выпендрежа.
Ну и мне пора. Пусть АК подождет. Ведь, как говорится, не попробуешь, не узнаешь.
Пиро.
Кулаки налились белизной, под тревожный алый трепет наручей. И первую грозную тварь, раззявившую гнилую пасть на командирское тело, встретил резкий боковой. Череп упыря лопнул в дымном облачке, а меня закрутило инерцией и неэстетично приземлило. Сука. Как заново учись.
Сверху навалилась тяжесть, затем кто-то молодецки хекнул, и тяжесть исчезла. Над отвалившимся сухим проскочил Боло, врезаясь в нового противника прямым ударом с ноги.
-Статус! – прозвучал требовательный оклик Ивы. - Ах ты ж…
Голос девушки сбился, что-то затрещало. Соберись, Джимми, соберись чертов призрак.
«Стабилизация»
«Адаптивный режим»
Тело словно потяжелело. Нового сухого ублюдка я встретил на подъеме из партера, ударом пробив грудину. Зубья твари под затухавший клекот полоснули по челюсти, и боль слегка прочистила разум.
Сухая плоть исходила черным дымком, отмечая кончину. Минус.
Уклонение, шаг назад и два удара - по корпусу и на восходящей. Повторить. Затем смещение, что чувствуется как движение сквозь плотную среду, и новый удар. Заметил открытый вектор для выстрела и, сорвав пистолет с разгрузки, отдал два патрона.
Но дело по итогу решили умник с тощим – поняв, что с маневрами пока не складывается, раскрутились и живыми вихрями прошлись по черноте сухих тел, собирая колуном и двуручем обильную жатву. Контроль боя хреновый – им достались десятки слепых отмашек алчущих лап, но броня и гео-плоть сдюжили. Что не умаляет моего недовольства – как бойцами, так и собой.
Ива, отирая лицо от крови, торопливо ковыляла к мелкой, застывшей над грудой тел. У Крысы что-то не то с правой частью головы. Фрау не решалась опустить шмалабой, продолжая рыскать прицелом по развалинам. А я пытался понять, почему у меня в голове играют тамтамы.
Боло и Селена, две неизвестных переменных, приблизились к позициям смены, заученно оттирая мечи от черных подтеков. И смотрели непонятно, точно примериваясь.
-Пилигримы, говоришь, - пробасил мужчина. - Мирные, говоришь.
А мне не до взаимных расшаркиваний. Все еще хочется кого-то покарать, выплескивая злобу на несовершенство мира. Что называется, попробовал вкусняшки - макнул команду в прелести комбинаторики. Хватит. Мысли тупо танцуют по кругу, перебирая один и тот же факт.
-Есть сомнения? - проскрипел, с трудом сдерживая улыбку.
Но что-то они разглядели, потому как прервали марш и перестали полировать сталь. Даже встали с учетом полного контроля флангов.
Шест, двигавшийся с изяществом больного церебральным параличом, осторожно подобрал Пугало и навелся:
-Командир, они мне чет не нравятся.
-Злые какие-то, - прищурился рядом Замес. Он хромал, но пытался сделать вид, что так и надо. Гео, если что, не панацея – отмечено.
-Мы сражались плечом к плечу! - донесся гневный голосок Ивы. Следом нечленораздельно зашипела Крыса, которой накладывали повязку на ухо.
Боло и Селена переглянулись. В очередной раз.
-Мир, - поднял руку мужчина.
-Нас долго гнали, нервы не к черту, - зачем-то пояснила женщина.
-Тогда добро пожаловать, - я не глядя, указал на двор.- Только сперва объясните, какого хера произошло. И чего нам ждать.
Боло пожал плечами:
-Ка бы знать.
Я осмотрел кучки иссушенных тел, среди которых рифами выделялись твари, приобщенные к адхарам В моем понимании, если загоняют, то должен быть загонщик, который непременно поинтересуется, чем закончился гон. Или же это опять непонятное извращение местной зоны. Судя по пришлым, большой тревоги они не испытывали и с места срываться не спешили. Значит, послушаем.
-Есть попить? – осторожно спросила женщина. Вопрос прозвучал до того по-человечески, что Фрау немедля вышла из ступора и торопливо заковыляла к телеге.