Аэро. Искра небесной серости, сдобренная сединой и открывающая счет.
При здравом размышлении отрядили на восхождение Крысу, как самую легкую и шуструю. Сдается мне, у нее получится вывернуться из обрушения, если что. Но лучше сплюнуть, хоть и не суеверен.
В первый раз Мелкая вернулась, когда команда едва-едва присела подле Марты и вытянула ноги в попытке словить короткий отдых. Я опустил автомат, вскинутый на шум крысиного подлета, и глянул вопросительно. Девушка показала три пальца. Улов достойный, не отнять.
Во второй раз она спикировала со второго этажа, пока внутри дома что-то грузно оседало, наполняя треском бетонный сумрак. Смена на инстинкте рванула прочь и остановилась только метров через 50, осознав, что огрызок здания продолжает перечеркивать ландшафт. Марта протестующе заскрипела от экстренного торможения, и тощий неосознанно похлопал по борту.
-Цела? – спросил я у шумно дышавшей Крысы.
-Цела, - ответила за мелкую Ива. – Штаны только порвала.
-Да там… - девушка перехватила ехидный взгляд Шеста и показала ему средний палец. Затем важно кивнула: - Аэро собрано, командир.
До наступления вечера успели достичь следующей метки, где позиционировалась аква. И были, можно сказать, приятно удивлены – искомые адхары притаилась в подвале небольшого фабричного здания, заваленные тяжелыми обломками, которые поддались гео на раз-два. Шест, конечно, выпучился нездорово и побледнел, когда подтянул первый швеллер, но юркая Крыса и тут не подвела – порскнула в норку и извлекла две синих искры.
Итого – минус три метки. Опережаем график, хотя понимаю, что умница-разумница машина обозначила сроки с запасом, во всем поддерживая персонал, который некому заменить.
Ночь скоротали на небольшом стадиончике, в заброшенном лагере, представленном парой тентов и грузовым вагончиком под тягач. Место непритязательное, но для непривередливых сойдет. Хотя зона окрест не способствовала отдыху - во тьме десятком светляков проявились огоньки стойбищ. Судя по открытости засветки, неизвестные уверены в своих силах и класть хотели на зональные нюансы. А смена на контрасте тихо закинулась протеином, заныкалась и не проявлялась до первого света. Бойцы устали, не соизволив даже обменяться привычными колкостями. Вот и правильно – все фривольности от недостатка нагрузки.
К полудню следующего дня достигли подземного паркинга, где сенсы железной почуяли гео. Широкий разбитый съезд не предполагал интриги – тропка натоптана, хоть и запущена. Никаких свежих следов и неявных угроз. Простое одноуровневое заглубление на пару десятков боксов и незаконченное строительство поверх. Зачатки дома сохранились на удивление хорошо, а вот стройматериалы местные аборигены подчистили.
Спустились, подсвечивая дорогу фонарями, постояли на порожке съезда и быстро поняли, что прибыли в никуда. Дальний конец паркинга обвален, боксы выпотрошены, и никаких намеков на тайные отнорки. Но бойцы минут пять добросовестно целились во тьму, памятуя о сложном характере подземки.
-Замес, активируй сенс, - сказал я тихо. Хочу убедиться в том, что подсказывала чуйка.
Прибор подтвердил - вокруг есть только «ничего». Но сигнал утверждал обратное – градусов на пять левее осевого сечения паркинга есть вкусняшка.
-В боксе, - шепнул умник.
-Ты такой догадливый, - поддержала ехидным шепотом мелкая.
-А чего шепотом? – поинтересовался я. Короткое эхо растворилось во тьме.
-Давит немного, - признался умник.
Признание осталось без комментариев, что показательно. Бойцы двигались с осторожностью пугливых ланей, выверяя шаг и мониторя пространство. Желтоватые фонарные лучи выхватывали из небытия фрагменты подземного декора - серые, ржавые и ничего не значившие.
В крайнем боксе картина разительно отличалась. Некогда здесь обустроили лагерь на минималках -пару лежанок, коробки, немного распотрошенных тюков. На одной из лежанок скрючилось небольшое высушенное тело, замотанное в тряпье, у дальней стены сидел второй труп – раскинулся, свесив голову на грудь. В руках, пристроенных на коленях, виднелся небольшой блокнот, чьи страницы вспыхнули желтизной под фонарем.
На боковой стене слева цветными мелками нарисована пышная новогодняя елка, подле которой водят хоровод схематичные человечки. Под елкой коротко и криво написано «Праздник».