— Не бойся, пилигрим, твои глаза слишком никчёмны, — оттолкнула его Санти и вернулась на трон. — Принеси мне подходящие, и тогда, может быть, я расскажу о том, кого ты ищешь.
— Подходящие? — потёр Ларс ушибленный затылок. — Но где их взять?
— Душа, что напитала твоё жалкое тело — я узнаю её. Забавно... — усмехнулась принцесса. — Мне говорили, цель их существования — защита Латарнака. Но, похоже, отсутствие цели не стало помехой. Секураторы — глаза и уши на службе трона. Их создали, чтобы следить и пресекать. Безобразные твари с тысячью ликов, они способны принять любой образ, раствориться в толпе, отвести внимание, или приковать его, внушить страх, ярость, смирение... Они не охотились за смутьянами, они не позволяли им появляться.
— Карали за мыслепреступления?
— Хм, какое необычное слово. Но, пожалуй, оно вполне точное. Вы сумели одолеть одного из секураторов — это впечатляет.
— Мы? — попытался изобразить непонимание Ларс.
— Ты и те трое, что молчаливо взирают на меня снаружи. Ваш страх смердит сильнее ваших тел. Однако, как бы вы ни были ущербны, живым из схватки секуратор не вышел. Либо он очень ослаб, либо в вас есть кое-что... несвойственное людям, коих я знала. Надеюсь, это был не последний.
— Но, — опасливо подал голос Олег, — его глаза не подойдут тебе. Они слишком малы.
— Меньше ваших? — обратила Санти пустые глазницы в его сторону.
— Я не к тому клоню.
— Оставьте волнения, — улыбнулась принцесса. — Принесите мне его голову целиком, остальное я сделаю сама. Ах да, душа тоже не будет лишней.
— Что мы получим взамен? — вышел из-за спины Олега Жером.
— Знания. Ведь их вы жаждите, блуждая впотьмах неведения?
— Мы тут не ради эрудиции, нам нужно...
— Мы всё сделаем! — почти прокричал Ларс, выбрался из-за трона и направился к выходу, состроив крайне недовольную гримасу и сигнализируя Жерому заткнуться. — Нужна голова секуратора — будет голова, и про душу не забудем. Ты только ответь, как отсюда попасть на поверхность. Есть ли выход?
— Как вы спустились сюда?
— Через башню. Тайный проход за стеной.
— Башню? Опиши мне, что ты видишь сейчас снаружи, — голос принцессы дрогнул.
— Катакомбы, ветвящиеся галереи с погребальными камерами. Позади проход к башне.
— Катакомбы...
— Именно так.
— А погребальные камеры, о которых ты упомянул, они открыты?
— Не совсем тебя понимаю.
— Что в них, кости или саркофаги?
— Кости. Много костей.
Верхняя губа принцессы поползла к носу, обнажая острые зубы.
— Что-то не так? — робко осведомился Ларс.
— Идите дальше, — прорычала Санти, исказившись в лице от плохо скрываемой ярости. — Держитесь главной галереи, она выведет вас к лестнице в часовню. Поднявшись, вы окажитесь на северной окраине Латарнака, — когти высекли искру из каменного подлокотника, — в районе, именуемом «Звериной ямой». Идите! Покуда можете...
Глава 28. Город проклятых
Холодный бетон голых стен, замусоренный пол, пролёжанный диван в пятнах мочи, засохшей рвоты и чего-то ещё. Кислый смрад, не выветривающийся даже через пустые оконные проёмы. Чёрная вена пожирает иглу, вкус резины на зубах, алые узоры в шприце... А потом... супернова взрывает внутреннюю вселенную и тёплая нега заполняет каждый атом. Старый мир летит к чёрту. Теперь ты сам — целый мир. Лучший из миров. Пунцовый космос блаженства с лазоревыми звёздами несбывшихся мечтаний. Ничего не важно, ничего не нужно. Вечный катарсис... Но вдруг идеальный мир блекнет, идёт кислотными пятнами. Нет-нет-нет... Верните, не прикасайтесь. «Кооо...» — летит по разъедаемому язвами космосу слабый сигнал. «...пыыы!!!» — возобновляется он после долгого радиомолчания. Что-то нарушает безмятежность невесомости. Чёрная дыра разверзлась прямо за спиной и втягивает. Падение без направления. Не за что держаться. «Встааавааай!» — гудит гравитационная воронка. — «Облава!!!». Боль. Битое стекло режет колени, пластик шприца трещит под ладонью. «Шевели ногами, бля!!!».
— Не могу, я не могу...
— Смотри на меня! Эй! Где товар?
— Что...
— При тебе девять доз, урод! Где они?!
Торопливые руки шарят по карманам, тяжёлое дыхание бьёт в лицо.
— Нет, брат, нет.
— Скидывай всё!
— Мне конец, брат.
— Копы оцепили дом. Ты меня слышишь?
— Это товар Люка.
— Твою мать... Давай за мной, живее.
Неверный силуэт мелькает перед норовящими сомкнуться глазами, пол уходит из-под ног с каждым шагом, ладони трутся о шершавую стену.