– Как ты там оказалась? – спросила она у заколки.
– Что? – спросил Хитч, голос его звучал глухо и прерывался потрескиваниями.
– Где ты был? Я тебя искала, – произнесла Руби в передатчик-муху.
– Что ты делаешь, детка? Ты должна быть в бальном зале «Циркус-Гранде», но ты, судя по всему, направляешься на крышу.
– Он здесь, – сообщила она вместо ответа.
– Кто именно здесь?
– Клод.
– Кто такой Клод?
– Сын Канареечки.
– А кто такая Канареечка?
– Селеста, акробатка, которая выполняла трюки вместо Марго, – пояснила Руби. – Слушай, это не важно, просто пойми – я знаю, что происходит. Клод – это тот небоходец, он явился, чтобы отомстить за смерть своей матери, он почему-то считает, что это Марго Бардем разрушила жизнь его матери.
В течение всего этого разговора Руби пыталась вскрыть окно. «И где эти чертовы часы, когда они так нужны?»
– Детка, что ты делаешь? – спросил Хитч. – У меня помехи.
Руби ковыряла заколкой в замке, на который было заперто окно.
– Клод собирает вещи, которые когда-то принадлежали его матери – пресс-папье, туфли, книгу стихов, зажим для галстука, орхидею. Селеста подарила их Джорджу Катселю, когда они были помолвлены, а он отнесся к ее памяти с пренебрежением и либо раздал, либо потерял их.
ХИТЧ: Я слышу шум ветра, ты что, открыла окно?
РУБИ: Я пытаюсь предотвратить преступление.
ХИТЧ: Мы занимаемся этим, Редфорт.
РУБИ: Нет, ты не понимаешь.
ХИТЧ: Что именно я не понимаю? Этот небоходец или Клод, как ты его ни называй, не сможет похитить Марго.
РУБИ: Он не собирается похищать ее.
ХИТЧ: Не собирается?
РУБИ: Нет. Он намерен ее убить.
ХИТЧ: Убить? Как ты это вычислила?
РУБИ: Героиня сегодняшнего фильма, «Ощути страх», погибает, упав с каната. Эту роль сыграла Марго. Клод собирается воплотить этот сценарий в жизнь.
ХИТЧ: Почему?
РУБИ: Он хочет возродить образ своей матери, неужели ты не понимаешь, ради чего это все? Он собирал вещи Селесты, похлопывал нас по плечу, напоминая нам о том, кем она была, а Марго – это последнее «тап» на карточке, потому что Марго похитила славу Селесты, и теперь Клод хочет вернуть эту славу. Все будут помнить Канареечку Селесту. «До того дня, пока те, кто погубили тебя, не падут» – так он написал на могиле Селесты, и именно Марго будет той, которая падет – упадет с высоты. Клод собирается это осуществить.
ХИТЧ: Он не сможет подобраться к ней, детка, у него нет ни единого шанса. Он никак не сможет пробраться внутрь любого из зданий, мы перекрыли все.
– Ты не понимаешь, – твердо и отчетливо возразила Руби. – Он уже здесь.
Глава 50. – го
– Мисс Бардем?
Актриса обернулась.
– Да-да… но откуда вы появились? – Она окинула его взглядом: мужчина, с головы до ног одетый в черное. – Вы из службы безопасности? – спросила она. – Я ведь только приоткрыла дверь на секунду, чтобы попросить принести чая, и я не видела, чтобы кто-то входил.
– Нет, но вы и не должны были видеть.
– Я не понимаю.
– Это не важно.
– Вас не должно здесь быть, – произнесла актриса.
– Вас тоже, – отозвался человек в черном.
Марго Бардем была озадачена.
– Я могу вам чем-нибудь помочь?
– Это зависит от того, умеете ли вы воскрешать мертвых.
– Извините, я очень сожалею… но я не понимаю, – прошептала она.
– Нет, вы не сожалеете, разве вы можете о чем-то сожалеть? Вы украли у моей матери все – все, что она любила. Сначала внимание публики, потом мужчину, которого она обожала, а потом – что хуже всего – вы украли и ее саму… – Его голос сорвался. – Украли у меня.
– Думаю, вы спутали меня с кем-то другим. Я не знаю вашу мать. Я понятия не имею, о чем вы говорите. – Марго так много раз играла эту роль на экране, что она стала для нее второй натурой. «Сохранять спокойствие, – думала она, – не показывать страх».
– Позвольте мне освежить вашу память, – сказал человек. – Те желтые туфли – действительно ли они ваши? Кто-нибудь когда-нибудь просил вас на самом деле попытаться сунуть в них ноги?
Мисс Бардем побледнела. Она попыталась нащупать телефон – он должен был быть где-то здесь, под грудой букетов и приветственных открыток.
– Вы явно не в своем уме. Я прошу вас уйти, молодой человек.
– Наши просьбы не всегда исполняются, мисс Бардем. Рано или поздно любая удача заканчивается.