– Меня ждут зрители, скоро мне нужно быть на сцене.
– Не так уж скоро, у вас еще почти час.
– Но кто-нибудь в любую минуту может подняться сюда, чтобы заняться моей прической, макияжем…
– Я читал вашу биографию, мисс Бардем: перед тем как появиться перед зрителями, вы всегда проводите час наедине с собой… и разве вы не укладываете волосы самостоятельно? Конечно же, вы всегда делаете это сама – ведь до того как стать звездой, вы были парикмахершей, помните?
Марго Бардем прикусила губу и нервно покрутила на безымянном пальце левой руки кольцо, сделанное в форме птицы.
– Например, это кольцо – разве оно не предназначалось кое-кому другому?
– Это подарок от Джорджа Катселя – за мою работу в фильме «Кот, поймавший канарейку».
– И вы действительно поймали канарейку, верно? А потом вы ее убили.
– Что вы имеете в виду?
– Вы убили Канареечку.
– О чем вы говорите?
– Канареечку Селесту. Вы убили мою мать.
– Но я почти не знала ее. Конечно, она исполняла в этом фильме танцы и трюки на канате, но…
– Не нужно знать человека, чтобы уничтожить его.
– Но как я могла уничтожить ее? Я не стала бы этого делать, да и не сумела бы.
– Вы украли ее роль, вы сделали вид, что это вы танцуете на канате, вы сделали так, что она исчезла.
– Но я этого не делала! – взмолилась Марго. – Вы должны знать, что у меня не было права голоса. – Тон ее был почти просительным. – Разве вы не понимаете? Это киноиндустрия, продюсеры не хотели разрушать иллюзию, они сказали – если станет известно, что это не я снималась в трюках, это разрушит мою карьеру. Они сказали, что меня уволят. Это была всего лишь актерская игра, просто работа.
– Просто работа? – выплюнул эти слова мужчина. – Просто работа, говорите вы. Быть может, вы и работали за деньги, но моя мать была артисткой, и хождение по канату для нее было искусством!
– Так чего вы хотите от меня? – спросила Марго.
– Я хочу, чтобы вы вернули ее, показали ее миру.
– Но как?
– Сегодня вечером вы должны сказать правду. Вместо того чтобы представлять свой фильм, расскажите всем, что это она танцевала на канате, это она была великим талантом, а вы были всего лишь маской, безвольной марионеткой.
– И тогда… вы меня отпустите?
– О да, – ответил он, – я вас отпущу. Не волнуйтесь на этот счет. Я обязательно вас отпущу.
Глаза ее широко раскрылись, когда она осознала значение его слов.
– Я закричу, – предупредила она.
– Самым громким криком в истории шоу-бизнеса, – иронически фыркнул Клод.
Марго Бардем медленно понимающе кивнула – она знала, о чем он говорит.
– Вы хотите сказать, что они подумают, будто я практикуюсь для сегодняшнего выступления… и никто не придет, так?
Клод тоже кивнул.
– А зачем? Они же знают, что вы в полной безопасности.
Актриса отложила желтые перчатки: она решила, что они ей уже не понадобятся.
– Пойдемте прогуляемся, – предложил мужчина.
– Куда мы идем?
– Наружу, – ответил Клод, указывая глазами вверх.
Марго нервно сглотнула.
– Я боюсь высоты.
– Знаю, – отозвался он, – и поэтому вы никогда не выполняли трюки сами. – Он посмотрел на нее. – Но теперь все будет иначе.
Он указал на гримировальный столик и приказал:
– Полезайте.
Она не спорила – просто не видела смысла. Вместо этого она взобралась на столик и посмотрела на Клода умоляющим взглядом.
– Куда мне предполагается идти? – спросила она. – Из этой комнаты нет другого выхода, кроме как через дверь.
– Вы ошибаетесь. Выход прямо у вас над головой, и он ведет на крышу. Когда-то, еще будучи ребенком, я играл там.
Он взял метлу, прислоненную к стене, влез на столик рядом с Марго и рукоятью метлы нажал на один из квадратов узорчатого потолка, сдвинув резную панель, за которой скрывалась крышка люка.
– Лжецы идут первыми, – произнес он и уронил на столик совершенно чистую белую карточку. Однако эта карточка уже была отмечена незримой печатью «постоянного клиента».
Тап, тап, тап, тап, тап, тап.
Посредством выпуклостей и вмятин на карточке были зашифрованы числа 29 14 27. Последнее слово, точнее, слог, уже угаданный Руби: «-го».
Глава 51. Вмешательство
Хитч бежал вверх по лестнице «Алой Пагоды». Он уже поднял по тревоге службу безопасности – Руби никак не могла быть права, ее слова не имели смысла, но он все-таки бежал.
– Детка, что значит «он уже здесь»?
– Я видела его на кладбище, – ответила Руби, – и проследила его до «Циркус-Гранде». Я видела, как он смотрел на здание, и совершенно уверена, что он собирается залезть наверх. Полагаю, он намерен дойти с крыши отеля до «Алой Пагоды» по тросу.