Марго Бардем, уцепившись за человека, которого не было видно, мелкими шагами двигалась к почти незаметному тросу, протянутому между «Алой Пагодой» и «Циркус-Гранде».
Клод подтолкнул ее к краю крыши.
– Вы обманули всех, заставив поверить, что когда-то сделали это, – так сделайте это сейчас. Ваши поклонники хотят видеть, как вы идете по канату.
Посмотрев вниз, Марго увидела толпу, жаждавшую узреть, как гости фестиваля, знаменитые актеры, режиссеры и прочие деятели кино пройдут по красной ковровой дорожке.
Потом она бросила взгляд перед собой и увидела тонкий трос, тянущийся к крыше отеля. Толщиной он был не более дюйма.
– Вы серьезно? – спросила она.
– Убийственно серьезно, – подтвердил Клод и оценивающе посмотрел на нее. – Вы понимаете, что это ваша судьба?
– Моя судьба?
– Если вы сумеете пройти по этому канату на ту сторону, значит, вы заслуживаете того, чтобы жить. Если нет, будет только честно, если вас постигнет та же участь, что и мою мать.
Марго опять посмотрела вниз, на толпу.
– Этого не может быть, – прошептала она. – Мне жаль вашу мать, мне жаль, что вы потеряли ее, мне жаль, что Джордж Катсель разбил ей сердце, но вы должны понять, что в этом нет моей вины. Кот никогда никого не любил, его интересовал только он сам. Ваша мать ничего не потеряла, когда лишилась его.
– А я потерял ее. Разве это – ничто?
– Конечно, нет… я не имела в виду…
– Идите, иначе я отправлю вас полетать.
Марго, не зная, что еще она может сделать, поставила одну ногу на канат. На миг ей показалось, что на крыше отеля напротив она видит девочку – или, быть может, молоденькую девушку. «Должно быть, мне уже мерещится от страха», – подумала актриса. Дул неистовый ветер, и она понимала, что идет навстречу неминуемой смерти. Один неверный шаг – и она погибла.
По небу бродили лучи прожекторов, извещая о завершающем вечере фестиваля, сверкали фотовспышки, из шикарных машин вылезали кинозвезды, и драма, разыгрывающаяся наверху, оставалась незамеченной.
Заколка с мухой издала треск, и сквозь помехи пробился голос Хитча:
– Детка, ты тут?
– Да.
– Нет времени расчищать площадь, нет времени, чтобы натягивать сетку безопасности, – известил Хитч. – Я попытаюсь поймать ее, но мне нужно еще немного времени.
– Хорошо, – ответила Руби.
– Ты чувствуешь себя бесстрашной? – спросил он.
– Что от меня требуется?
– Как у тебя с чувством равновесия?
– Превосходно.
– Ты доверяешь мне, детка?
– Целиком и полностью.
Глава 52. Какое зрелище!
Марго Бардем пыталась не заскулить от ужаса – в конце концов, она была актрисой старой закалки и считалась крепким орешком, железной леди, которая не покачнется даже под градом ударов – но сейчас это была не роль в кино. Речь шла о жизни и смерти.
– Соберитесь, – посоветовал Клод, – или обязательно упадете. Что бы вы ни делали, не смотрите вниз.
– Да вы с ума сошли! Я и вверх-то не смотрю. – Именно благодаря подобным репликам Марго Бардем стала знаменитой.
Неожиданно по ним мазнул луч прожектора, и на долю секунды они оказались в пятне света. Потом снова наступила темнота, но толпа сперва дружно охнула, а потом зааплодировала.
– Они не будут так хлопать, когда вы сорветесь вниз.
Зрители видели лишь Марго Бардем, идущую по канату, – ее похититель был невидим. Теперь ее освещали яркие прожекторы: толпа в благоговении наблюдала за зрелищем, которое считала отлично срежиссированным выступлением, великолепным завершением кинофестиваля, приуроченным к мировой премьере фильма «Ощути страх» с участием Марго Бардем.
– Боже, какое зрелище! – промолвил Брент Редфорт. – Надо отдать им должное, они знают, как поразить зрителей!
– Кто знал, что Марго Бардем способна на такое? Сколько же ей лет? – ахнула Сабина.
– Если бы Руби только видела это! – подхватил Брент.
Руби делала именно то, что сказал ей Хитч, – стояла на самом краю парапета отеля и осторожно постукивала носочком по канату. По этому натянутому стальному тросу она посылала сообщение: «тап-тап-тап».
Она чувствовала, как изменилось натяжение каната, и понимала, что канатоходец заметил ее присутствие. Он был невидим, но она ощущала его страх.
– Привет, Клод! – крикнула она. – Хорошо выглядишь.
Еще один блуждающий луч прожектора поймал маленькую фигурку, стоящую у самого края крыши «Циркус-Гранде».
– Боже, это великолепно, как они ухитряются это делать на таком ветру? – Сабина изо всех сил пыталась укротить свое платье, которое словно бы стремилось улететь. – Руби советовала мне надеть платье из парчи, но разве я когда-нибудь ее слушалась. Нет, конечно же.