Руби окликнула пса, и тот неохотно поднялся и последовал за ней на улицу через черный ход. Она взяла его на поводок – не потому, что Бага нужно было контролировать (он был очень хорошо обученной собакой), а потому, что он уже тревожился из-за ветра, как будто мог с этим что-то поделать. Так всем будет спокойнее, решила Руби.
Они прошли до дома Дел переулками. Задний фасад дома был обращен к океану, и Руби, входя в ворота, слышала, как волны бьются о берег. Она даже не стала стучаться в дверь, просто проскользнула через пролом ограждения во дворик сбоку от дома – она знала, что Дел должна быть там. Дел любила бывать на свежем воздухе и обычно болталась где-нибудь во дворе: ремонтировала что-нибудь, играла в мяч, иногда крутила обруч или стояла на голове. Сейчас они с Эллиотом сидели в деревянных садовых креслах и смотрели на океан. На море вздымались высокие волны, и многие сёрфингисты, похоже, решили воспользоваться этим – время от времени ветер доносил их голоса, слышные даже сквозь грохот прибоя.
– Привет, Руб, – произнесла Дел, похлопав по соседнему креслу. – Садись. Багу принести попить? – Она встала и направилась к кухне.
– Конечно, – ответила Руби, – у тебя есть клубничный коктейль?
Дел подняла брови.
– Твой пес пьет клубничный коктейль?
– Да, очень смешная шутка, Дел, просто со смеху упасть можно.
Когда Дел вернулась, все четверо, включая Бага, уселись, созерцая океан. На воде тут и там покачивались сёрфингисты, выжидая волну, на которой удобнее будет прокатиться.
– Как вы думаете, Баг смог бы заниматься сёрфингом? – спросил Эллиот.
– Ты имеешь в виду – самостоятельно? – переспросила Руби.
Эллиот кивнул.
– Я несколько раз брала его с собой кататься – он не может ухватиться за доску так, чтобы стоять на ней.
– Но ему интересно? – осведомилась Дел.
– Ну да, очень интересно. Баг любит воду, он просто не настолько цепкий – трудно хвататься за что-то, если у тебя только лапы.
– Да, – кивнула Дел, – у собак нет противостоящего большого пальца, и схватиться за что-то они не могут.
– Не могут, – согласилась Руби. – Даже Баг.
– Для пса он очень умный, – заметила Дел. – Как ты думаешь, кем бы он стал, если бы был человеком?
– Я думаю, он работал бы где-то, где нужно постоянно общаться с людьми, – прикинула Руби. – Он очень общительный.
Пока Дел и Руби обсуждали перспективы человеческой карьеры Бага, Эллиот размышлял. Наконец он произнес:
– Как вы считаете, он мог бы помочь в решении тайны желтых туфель?
– Что? – не поняла Дел.
– Кто? – спросила Руби.
– Баг, – пояснил Эллиот.
– Каким образом? – поинтересовалась Руби.
– Что? – снова спросила Дел. – О чем ты говоришь?
– Ну, о желтых туфлях, тех, что были украдены привидением в тот вечер, – ответил Эллиот. Дел смотрела на него непонимающе.
– Как ты можешь этого не знать? Где ты была? На Марсе?
– На самом деле – во Флориде. – Дел указала на свое сильно загоревшее лицо. – Если ты не заметил, я была на каникулах почти все лето.
– А, да. Ну, ты многое пропустила, – сказал Эллиот.
– И как же именно, по-твоему, Баг может помочь в этом расследовании? – во второй раз осведомилась Руби.
– Ну, он может вынюхать и найти того призрака, который унес туфли из «Алой Пагоды».
– Ты что, совсем крышей поехал? – фыркнула Дел. – Ты думаешь, что призраки могут красть туфли?
– Так все говорят, – настаивал Эллиот.
– То есть ты хочешь сказать, что всерьез веришь в призраков?
– А почему нет? Животные верят в них, могут их чувствовать. Люди потеряли эту способность, но собаки и коты могут настроиться на тонкие вибрации призраков, – заявил Эллиот.
Дел скептически смотрела на него.
– О чем ты говоришь?
– Именно поэтому у них шерсть встает дыбом: они просто чувствуют паранормальное присутствие и реагируют на него.
Эллиот сказал это так, словно это объясняло все: призраки существуют, потому что время от времени животные топорщат шерсть – и ведь они действительно ее топорщат, факт.
– Где ты нахватался всего этого? – спросила Руби.
– Из книг, – ответил Эллиот, – и из телепередачи, которую смотрел. Там один мужчина рассказывал про дом, который он снял, и что пес ходил за ним из комнаты в комнату, а потом они дошли до ванной, Басуэлл – это пес – отказался туда входить.