– Ага.
– И что?
– И, вероятно, он осознал свою ошибку, – подытожил Блэкер. – И не исключено, что исправил ее. Выбрался обратно в окно, прополз на этаж выше или на этаж ниже – на двадцать пятый или на двадцать седьмой, – вошел в нужную квартиру, украл то, что хотел, и вышел из здания через дверь.
– С первым предметом, – сказала Руби.
– Да.
– Так почему об этой краже никто не сообщил?
Блэкер пожал плечами.
– Возможно, владелец той квартиры в отъезде, а может быть, он такой же, как я, и не заметил проникновения – я хочу сказать, что у меня дома настоящий хаос.
– Ты меня удивляешь, – саркастически хмыкнул Фроорн, – я-то считал тебя воплощенной аккуратностью.
– Нет, Майлз, моя комната больше похожа на свалку.
– А ты уверен, что вор проникает в окно и уходит через двери? – спросила Руби.
– Вполне уверен, – кивнул Блэкер. – Снаружи на оконной раме в ванной Окра есть отметины, как будто кто-то некоторое время пытался открыть его – для чего ему пришлось силой отжимать раму, а дверь квартиры была отперта изнутри. В квартире мистера Баради окно было открыто, хотя сам он клялся, что не открывает окна и предпочитает кондиционеры.
– Ты не думаешь, что он мог открыть его и забыть об этом? – уточнила Руби.
– Должен сказать, я склонен ему поверить, когда он утверждает, будто никогда не открывает окна: у него в квартире было очень душно. – Блэкер поморщился при воспоминании об этом. В этот момент у Фроорна зазвонил телефон, и он зна́ком показал, чтобы продолжали без него.
– А дверь? – поинтересовалась Руби.
– Дверь была отперта изнутри, – ответил Блэкер, – хотя у нас нет доказательств того, что мистер Баради не отпер ее сам.
– Ты не думаешь, что он просто хотел привлечь внимание? – спросила Руби. – Может, он просто все придумал?
– Он не похож на выдумщика, – сказал Блэкер, – у него достаточно линейное мышление, никаких выдумок. Возможно, конечно, но мой инстинкт говорит мне, что нет.
– А похищение Маленьких Желтых Туфель?
– Если они связаны с кражей у Окра, то остается главная загадка: как вор вошел в здание.
– Ты не думаешь, что он мог залезть в окно?
Блэкер нахмурился.
– Дело в том, что в комнате-сейфе в «Алой Пагоде» есть окно, и его даже можно без труда открыть, но взрослый человек, будь то мужчина или женщина, не сможет в него пролезть – оно слишком маленькое. Нужно быть каким-нибудь человеком-змеей.
С минуту они молчали, потом Блэкер добавил:
– Мы точно знаем, что вор прилагает много усилий к тому, чтобы проникнуть внутрь, однако совершенно не желает утруждаться тем, как выйти оттуда.
– Зачем трудиться и слезать по стене, если можешь выйти в дверь? – произнесла Руби.
– Согласен, – отозвался Блэкер. – Но этот тип, должно быть, совершенно уверен в том, что никто не заметит, как он выходит.
– Я полагаю, консьерж всегда на посту? Окра ведь живут в довольно престижном здании?
– Именно, – подтвердил Блэкер. – Там есть камеры наблюдения, так что любой, кто воспользовался бы черным ходом, попал бы в кадр.
– А дом, где живет мистер Баради?
– Классом пониже, – признал Блэкер, – но отсутствие престижности компенсируется наличием любопытных соседей. Мистер Гринт с цокольного этажа все свое время проводит в вестибюле, наблюдая за тем, кто уходит, а кто приходит.
– И что сказал мистер Гринт? – поинтересовалась Руби.
– В тот вечер он не видел никого постороннего, ни единой души.
– И какую теорию ты выдвинешь?
– Следователи считают, что вор, должно быть, скрывался где-то в здании – в подсобном помещении, например, или в другом подобном месте. А когда наступило утро и в здании началась обычная деятельность, он вышел – возможно, замаскировавшись под почтальона или ремонтника.
– И что дальше?
– Фроорн позвонил в следственный отдел полиции и спросил их, могут ли они проверить квартиру непосредственно под и над жилищем Баради.
– Ты считаешь, что твоя теория верна – мол, вор ошибся этажом и решил попробовать снова.
– Знаешь, Руб, я действительно так считаю.
– И вы проверяете квартиры этажом выше и этажом ниже?
– Да, – подтвердил Блэкер, – проверяем.
Когда Руби добралась до дома, в мозгу у нее крутилось множество мыслей. Она легла на кресло-мешок, уставилась в потолок и попыталась собрать эти мысли воедино, упорядочить их и сложить из них какую-нибудь приемлемую схему.
Это звучало как отсылка к персонажам фильма – там были преступник-«кот» и Селеста, которых сыграли Хьюго Джерард и Марго Бардем.
И одно можно было сказать точно: «Алая Пагода» определенно связывала оба предмета.