Некоторое время оба агента просто осматривали место событий. В квартире не было беспорядка – по крайней мере, заметного. На полу лежали стопки книг и бумаг, однако сами стопки были вполне аккуратными. Было ясно, что Норгаард редко принимает у себя гостей, потому что большинство стульев тоже были заняты книгами, блокнотами и бумагами – мебель предназначалась скорее для хранения, чем для сидения.
Под столом на полу лежало несколько разрозненных листов бумаги, но Блэкер предположил, что они рассыпались от сквозняка, когда вор вскрыл окно. Помимо этого, все лежало абсолютно аккуратно. Было трудно понять, что именно вор унес из квартиры, однако уже было понятно, что что-то все-таки пропало, потому что на столе лежала маленькая белая визитка.
– В точку, – отметил Блэкер.
– Вопрос только в том, что же пропало? – произнесла Руби, окидывая взглядом стол.
Они оба присмотрелись. На столе стояли паучник и кактус в горшках, карандашница, степлер, дырокол, катушка скотча с лезвием, пять стопок бумаг, прижатые пятью папье-маше, несколько конвертов и чеков, несколько листов А4, покрытых напечатанными на машинке строчками. Жестяная баночка с бальзамом для губ, ластик, очечник и лист марок.
– Телефон? – предположил Блэкер.
– Очень сомнительно, что вор станет красть телефон, – возразила Руби.
– Очень сомнительно, что вор стал бы красть настолько неценную книгу, – парировал Блэкер.
– Верно, но все же – телефон? – продолжала сомневаться Руби.
– Согласен, это маловероятно, – кивнул Блэкер. Он нажал кнопку передатчика на своих часах – ответа не было. Он нажал снова, и на этот раз вызов прошел, и Блэкер сказал в крошечный микрофон:
– Привет, Базз, я пытаюсь засечь Фроорна – ты не можешь соединить меня с ним? Спасибо. – Пауза. – Фроорн, можно спросить соседа насчет телефона – я имею в виду, просто на всякий случай: был ли у Норгаарда телефон и где он стоял?
Они ждали. Ответ был получен через несколько минут.
– Сосед мистера Норгаарда говорит, что у того на столе никогда не было телефона, – сообщил Блэкер, – потому что он не хотел, чтобы его беспокоили, когда он пишет.
– А что он пишет? – спросила Руби.
– Он сценарист.
– Нет, я имею в виду – что именно? Сценарии для телепередач? Для фильмов? Для каких?
– Ничего такого, о чем мне доводилось слышать, – признал Блэкер. – Я не знаю, насколько он успешен, – возможно, не настолько, как его отец.
– А его отец тоже был сценаристом?
– Был. Он написал сценарии для «Ловца бурь» и «Немого крика».
– Два любимых фильма миссис Дигби. – Это произвело на Руби немалое впечатление. Она снова посмотрела на стол и спросила: – А пресс-папье? Сколько пресс-папье у мистера Норгаарда?
Именно бумаги, валяющиеся под столом, навели ее на эту мысль. Все в комнате Норгаарда было аккуратно разложено, даже стопки сценариев и чистой бумаги были сложены листок к листку – кроме тех, что оказались рассыпаны под столом. Почему они лежали там?
– Что детективы сказали насчет окна? – спросила Руби.
– В каком смысле?
– Ну, просто… они что-нибудь про него говорили?
– Хм, это интересно… – задумался Блэкер. – Они сказали, что вору не составило труда открыть окно, потому что оно открывалось и закрывалось регулярно и легко ходило вверх-вниз по направляющим. В отличие от нашего друга мистера Баради, здешний хозяин, похоже, любит свежий воздух и не стал устанавливать кондиционер.
– Это может объяснить, зачем ему нужны пресс-папье – не столько для красоты, сколько для того, чтобы его бумаги не сдуло сквозняком.
– Логично, – согласился Блэкер.
– Итак… бумаги под столом выбиваются из общей картины – они не соответствуют тому, как мистер Норгаард относится к вещам, – продолжила Руби. – Посмотри на эти стопки.
Блэкер посмотрел. Каждая стопка была надежно придавлена пресс-папье. Он улыбнулся.
– Ты считаешь, что пропало одно из пресс-папье.
– Да, – подтвердила Руби, – но которое?
– Мы не можем это узнать, не поговорив с Норгаардом, а кто знает, когда он вернется?
– Да, это плохо, – вздохнула Руби. Она достала из рюкзака «Поляроид» и стала снимать вещи, лежащие на столе.
– Послушай, следователи из полиции сделали полный комплект фотографий, они засняли эту квартиру во всех подробностях, – напомнил ей Блэкер.