Солви, была их мастером «по добыче всего, что нельзя и невозможно достать». Ещё она была девушкой ярких форм, её миловидную головку украшали длинные чёрные кудри, и по характеру она была полной противоположностью Къяры на девяносто пять процентов – открытая, общительная, всегда расслабленная и открытая для постельных приключений. Насколько мог сосчитать Лоуренс, в команде не было ни одного человека, кто не попробовал бы провести время с Солви. Он сам не был исключением.
И Лоуренс просто не выдержал бы в эти минуты её бесконечных непристойных шуточек и возможно, убил бы её на месте, когда она в первый раз пошутила бы о том, что теперь Къяра держит его поводок.
Къяра! Из всех двенадцати человек на судне он должен был стать рабом именно этой женщины, которая больше всего на свете ненавидит псиоников и определённо мечтает отыграться за все свои несчастья на ком-то вроде него!
Къяра пугала всех на корабле, кроме разве что Солви, которой, похоже, вообще было наплевать на перспективу собственной смерти, и кока Тобри, который никогда не выпускал из рук своего ножа. Даже Джокер не мог похвастаться тем, что может остановить свою телохранительницу, когда у той включался режим «убей или умри». Если Къяра видела кого-то, кто вызывал у неё ненависть по каким-то ей одной ведомым причинам, лучше было просто не стоять у неё на пути. И в бесконечности миров было слишком много вещей, которые она ненавидела. Псионики, конечно, стояли в списке на первом месте.
Как бы красива ни была эта девушка, Лоуренс врагу бы не пожелал оказаться с ней в одном жилом пространстве – или хотя бы в постели. Слишком велик был риск уйти оттуда без ценных частей тела.
Наконец вся группа остановилась у дверей номера Джокера, и Лоуренс запнулся о порог, обнаружив, что собирается войти, как будто он там жил.
3
- Джокер, может быть, Кайли сможет снять чары с оков?
Кайли была их спецом по инопланетным артефактам, особенно тем, которые другие народы считали «зачарованными». Она была археологом и техником, и на глазах у Лоуренса «разочаровала» штук двести разных инопланетных технологий, а некоторые способы «зачарования» даже применила потом к их собственному оружию.
Джокер пожал плечами. Он решил, что хуже не будет.
- Она может, по крайней мере, посмотреть на них и попробовать разобраться.
Он кивнул Къяре, приглашая войти, и все они гуськом стали втягиваться в его номер. Къяра тут же рухнула в ближайшее кресло, Лоуренс встал рядом с ней, ещё двое спутников сопровождавших их на сделку, разместились на оставшихся местах, в ожидании, когда Джокер позовёт Кайли. Он вернулся в комнате через пару минут и пристыжено потёр лоб.
- Она в массажном салоне и там не работает связь. Я же всем сказал, что можно отдохнуть… - он вздохнул. – Лори, боюсь тебе придётся подождать, когда она закончит развлекаться. Посиди здесь, я покопаюсь в багаже и посмотрю, нет ли у нас чего-то, что может помочь. Къяра, ты сходишь со мной?
Къяра встала со стула и направилась вслед за Джокером, только чтобы обнаружить, что Лоуренс всё ещё следует за ней. Она зарычала и выругалась на никому непонятном языке.
- Лоуренс, ты пока волен поступать, как тебе заблагорассудится. Просто… Просто позволь мне поговорить с Джокером наедине.
Лоуренс кивнул и плюхнулся в кресло, которое освободила Къяра, свирепо глядя на собравшихся товарищей и надеясь, что кто-нибудь скажет что-нибудь об этой ситуации. Он понятия не имел, что будет делать, если один из них решит подразнить его, тем более, что Къяра сказала делать всё, что ему заблагорассудится. Лоуренс согнул пальцы, страстно желая что-нибудь сотворить. Его псионика была не такой безобидной, как думали те, кто не знаком с этой силой. Он умел применять её в исцелении, но кроме того Лоуренс был пиромантом и криоником, и обе способности в его исполнении всегда выглядели более чем красочно. Большую часть времени он занимался исцелением не потому, что не умел ничего другого – а потому что не любил убивать. Обычно.
Он уже приготовился увидеть в ладонях знакомое пляшущее пламя… и резко выдохнул. Ему захотелось разрыдаться. Проклятый ошейник блокировал пси-волны. Он потянулся в инстинктивном желании содрать с себя ошейник, но те же «чары» не дали ему даже прикоснуться к оковам. Он с усилием положил руки на подлокотники и подумал о том, что Къяра и Джокер могут там обсуждать?