-А как его ещё называть? Он даже курицу у крестьян не может спереть!
Что правда, то правда.
-Ну, не знаю насчёт куриц... ты слышал легенду про то, как он украл 16 бриллиантов за 16 дней?
Ох, те бриллианты... 16 дико дорогих, тяжёлых, и совершенно ненужных побрякушек.
-Нет, не слышал... рассказывай, интересно послушать.
-Ну... дело было неподалёку. Через море отсюда, если быть точнее. Тамошний король очень любил эти стекляшки...
-Когда это было-то? – перебил я волка.
-Было это примерно два года назад, но там об этом предпочитают не вспоминать.
Я покивал, подтверждая слова волка. Да, было такое дело, и, как ни странно, в легенде сохранились даже временные рамки.
-Ну так вот. Короче, король страдал манией по бриллиантам – и собирал самые-самые крупные. Самый маленький из них был примерно с кулак!
Я сжал под столом свою лапу, прикидывая размер. Меньше, гораздо меньше.
-И было у него шестнадцать самых любимых. Все они хранились в разных частях замка – от подземелья до вершины самой высокой башни, от юга до севера. И естественно, все охранялись как зеница ока.
-Понятное дело, игрушки любят беречь.
-Да. Только король тот был, по-моему, немного туговат на ум. Держал он их практически под хрустальным колпаком. То есть, взять-то их можно было – надо только было обойти охрану, ловушки – зачастую смертельные! – тут волк поднял тон, будто выделяя грандиозность момента. А я тем временем все же попробовал пиво. А ничего, не смертельно...
-Ну так вот! Представь себе, – этот лис имел наглость открыто явиться в город, и даже не особо скрывал свои намерения!
-Он просто нечаянно разболтался...
-А ты откуда знаешь!?
-А я там был, – быстро выкрутился я. – Но ничего об этом не знал. Давай дальше.
-Ну ладно. Короче. Всё началось двадцать четвёртого января, а закончилось десятого февраля. Ровно шестнадцать дней. Каждый день он крал по одному бриллианту, будто издеваясь над королём! Как он только не бесился! Естественно, охрана увеличивалась с каждым пропавшим бриллиантом. Но это ни разу его не останавливало! Ни ловушки, ни охранники, ни даже сам король! Предпоследний бриллиант, – тут волк открыто засмеялся, – этот рыжий увёл у него из-под подушки, представляете!?
А король тот спит очень чутко. Усыплять его пришлось...
-Ну, короче, все пятнадцать ограблений были шедеврами. Но самое интересное – шестнадцатое. В последнюю ночь в замке вообще никто не спал – король лично сторожил бриллиант в главном зале. С ним были лучшие охранники, вся дворцовая прислуга, а сам бриллиант лежал в чёрном ящике посередине! Более того, – таких ящиков было четыре, – и все они охранялись так же, как и оригинал! Но всё равно...
Да, устроили мне тогда загадку. Если бы король пошёл к копии, то я, может быть, и попался бы. Но он ведь стоял у самого главного.
-И что они? Открыли ящик, и нашли все бриллианты? – неловко предположил я, и вызвал приступ хохота у моих собеседников.
-Да как же! Этот лис, чтобы ты знал, увёл и последний, шестнадцатый бриллиант! Ох, ну у короля, ясное дело, случилась истерика. Давай рвать на себе шерсть, кидаться ею в подручных, и вопить, что пойдет идти войной на этого лиса. Ну, войной он на них конечно не пошёл, а лично поехал к нему, прямо в замок. И что вы думали!? Ха! Этот Ренар заставил короля ЖДАТЬ! Он просто не пришёл вовремя на встречу, хотя был извещён о прибытии чуть ли не за неделю!
Просто Флёр попросила меня проверить свой отряд разведчиков. Ну, у главы клана бывают срочные дела...
-Так он хотя бы дождался?
-Дождался-дождался. И, значит, приходит рыжий, садится перед королём, закидывает лапу на лапу, и нагло так спрашивает...
Чем могу быть полезен?...
-Спрашивает так – “Чем могу быть полезен?”. Так король просто взбесился! Набросился на вора, чуть не удушил, но он и в этой ситуации выкрутился. Ну, короче, ушёл король ни с чем, обиженный в лучших чувствах. Плакал, бедняга, целый месяц, в покоях закрылся, и не выходил... а Ренар, естественно, там больше не появлялся...
-А чем всё кончилось-то? – спросил я.
-А всё опять-таки очень смешно. Получил тот король письмо – карту. С указанием места. Ну, естественно, собрал чуть ли не экспедицию, пошёл по карте. И нашёл-таки свои бриллианты. Все до одного. А ещё записку, но что там в этой записке было, я не помню...
Волк закончил свой рассказ, и грохнул пустой кружкой об стол.
А я очень хорошо помнил, что написал тому несчастному. “Цени, что имеешь. И нечего выставлять напоказ свои богатства. Хочешь быть богатым – спрячь всё, что имеешь”.
-Да, этот рыжий неплохо поработал...
-Не говори. Вот и ждут его тут, чтобы он так же не провернул всё.
-Ну, мало ли... а ещё чего-нибудь про того лиса знаешь?
-Да о нём тучи легенд ходят! Внешность например... ну что тут говорить... всегда в жилетке – никто не знает, за что он их любит, эти жилетки... серьга золотая в левом ухе – тоже без неё его никто ещё не видел.
-Красавец, – вдруг выдал рысь.
-Угу, без штанов ходит! – подтвердил волк, и все дружно засмеялись. Кроме меня.
-А знаете, что у него фамилия из двадцати слов состоит?
-А кто ж не знает! – хохотнул волк. – Вот только фамилии той никто не может упомнить.
-Даже он сам...
Наконец-то воцарилась тишина. За нашим столиком все уставились в днища своих кружек, ожидая, будто они снова наполнятся пивом. Но чуда не происходило.
Я ещё раз бросил взгляд на часы – пора бы моему связному уже появится, а в бар никто не заходил.
-А знаете ту легенду про лиса... про то, как он казну своего королевства ополовинил?
-Да, говорили, что это чуть ли не каждый месяц происходило.
-Каждый месяц это он так, по мелочи ходил. А ему разок понадобилась крупная сумма...
-Зачем же? Он вроде и сам довольно богатый.
-Подарок жене хотел сделать. Яхту ей купить.
-Да? И что там было такого?
-Да ничего особенного, говорят. Только вот награбленное золото он вёз средь бела дня по рынку в обычных серых мешках.
-Да прекрати!
-Серьёзно говорю. Вёз прямо так – и никто не догадался что.
-А как он всё это вытащил-то? – недоверчиво спросил рысь.
-Легко. Верёвочную дорогу для мешков соорудил. И почти из казны эти мешочки на улицу и отправлял. А мешки он с собой в жилетке той и протащил...
-Хитёр, гад...
Тут в бар ворвался кто-то, очень похожий на меня: такой же плащ и надвинутый на глаза капюшон. Он сразу же подошёл к бару, но капюшон перед барменом снял – это оказался белый змей. Очень странного вида, но по подрагивающему капюшону можно было определить, что это такой же кобр, как и Шанди. Бармен кивнул в мою сторону.
-Ренар? Тут есть Ренар третий Конфонский? – негромко, но отчётливо, спросил у зала кобр.
За моим столиком это снова вызвало приступ хохота.
-Слушай, мы тут его как раз вспоминали! Угостишь пивом – мы и тебе пару баек расскажем! – заявил волк, но змей остался хладнокровен.
-Потрясающе просто, да? – спросил я у своих соседей, откидывая с морды капюшон.
Волк уставился на меня, замерев будто статуя. Рысь и его сосед от удивления открыли рты и даже не пытались их закрыть.
-Удивительное рядом, парни. Удачи вам.
-Мне пожелал удачи сам Ренар... – оторопело выговорил волк. – Да ещё и пивом угостил...
Я погрозил волку пальцем – чтобы не забывал свой долг, и направился к змею.
-Отлично, ты здесь, – спокойно сказал змей. – Иди за мной, для тебя снят номер в гостинице.
-Веди, – я снова набросил на голову капюшон, и последовал за ним.
Шаг у змея был таким широким и быстрым, что я буквально сбежал за ним по лестнице, и вышёл по улицу. Альбинос не стал накидывать капюшон, но мимо охранников проходил совершенно спокойно. Некоторые даже оборачивались ему в след, будто знали его.
Змей повёл меня прочь от бандитского квартала, ближе к окраинам города...
У небольшой придорожной гостиницы творилось столпотворение. Звери с походными мешками, сумками, корзинами стояли у дверей, и громко возмущались: из выкриков можно было понять, что их выселяют, причём довольно неожиданно. Стоящая на высоком крыльце молодая грудастая козочка, – явно хозяйка гостиницы, – усердно делала вид, что ничего не слышит и не видит, и постепенно толпа рассасывалась. Никого внутрь не пускали, но как только подошли мы со змеем, она сразу открыла перед нами дверь. Пропустив нас внутрь, она вошла следом, и закрыла дверь на замок.
-Ох... добро пожаловать, дорогие гости... прошу, располагайтесь, чувствуйте себя как дома.