-Так им и надо! — Вызывающе крикнул один из стражников-медведей. Остальные мишки одобрительно загудели.
Я с укором взглянул на них.
-Неужели это говорят храбрые хирдбьорны и хускарлы медведей? — Я постарался вложить в голос всю возможную грусть и печаль. — Неужели они, благородные воины, уподобились дикарям и допустят убийства слабых женщин и детей...
Я опустил голову и покачал ею.
-Жаль. Очень жаль, что они находят справедливость в уподоблении не очень мудрым правителям.
У медведей растерянно вытянулись морды. Они начали переглядываться.
-Но как быть с бриллиантом... — Напомнил Марк. Агрессии, ехидства и злобы в его голосе не было — видимо моя речь подействовала и на него.
-Очень-очень просто. – Улыбнулся я.
Я опустил лапы в карманы, и осмотрел две стороны этого древнего как мир конфликта. Что-то мне всё это напоминало: много лет назад, когда так же друг напротив друга стояли лисы и гиены. Побитые, окровавленные, но не сломленные. Всё закончилось лишь тогда, когда одна сторона полностью истребила другую, и мне повезло оказаться на правильной стороне баррикад. Не последнюю роль в этом сыграл и цвет моей шерсти. Но полярные медведи и сергалы были очень разными. Если бы они объединились, то получился бы союз, которому нет равных.
Ну может конечно у Флёр найдётся что им противопоставить.
Затихшую на перекрёстке битва и мои дипломатические навыки привлекли к центру деревни всех, кто ещё стоял на своих двоих, включая наших Эвов. Здоровенные лисы во главе с молотобойцем, покрытые чужой кровью, ожидали приказа. Этот приказ могла отдать только одна лисица.
Я посмотрел на Флёр, которая вылупилась на меня глазами-блюдцами, никогда не видев такой дипломатической работы. Её удивление я запомню надолго, но пока – я кивнул ей в сторону порта Клана Северного Ветра.
Она моего намёка не поняла и спокойно вышла из рядов сражающихся мне навстречу.
-Что ты затеял, Ренар? – Прошипела она на грани слышимости в мою морду.
-Валить отсюда, пока они не поняли сколько народу с обоих сторон они потеряли из-за меня.
Флёр отпрянула от меня, снова неподдельно удивившись. Однако я недооценил слух сергалов. Они явно слышали мои слова, всем своим видом показывая это. И медведи это прекрасно понимали. К счастью ко мне вернулся мой друг, который довёл меня до этого клана в первый раз.
Арок медленно шёл по улице, разглядывая всех нас.
-В этой войне нет твоей вины, лис. Они, – он показал лапой на сергалов, – Так или иначе принесли нам эти потери.
Марк потупил глаза, скромно улыбаясь. Арок же подошёл ко мне и преклонил колено, кладя лапу на моё плечо.
-Ты избавил нас от проклятия. – Смотря мне в глаза, сказал полярный медведь.
После чего он перевёл взгляд на главаря сергалов. Марк, сохраняя необычайную серьёзность, вышел из толпы, поглядывая на замершего Акселя с его сыном в лапах. Весь его народ смотрел на него, а клан северного ветра – на своего нового вождя. То что Палин уже не вернётся, поняли наверное все.
Медведь и сергал, пусть и такие разные, сложили своё оружие и протянули друг другу лапы. Теперь у них не было за что сражаться друг с другом.
Я наблюдал эту сцену сбоку и видел всё в мельчайших деталях. Я посмотрел на Флёр и снова кивнул ей на корабли нашего клана.
Лисица кивнула мне и несколькими жестами велела всем нашим идти за мной. Лисы опускали оружие, медленно отходя к морю.
Арок, отпустив лапу сергала, посмотрел мне в след.
-Мы проследим чтобы ваши бойцы были погребены со всеми почестями. – Сказал он скорее не мне, а Флёр.
-Вы – гости на этой земле. – Сказал на прощание Марк.
«Но не я». – промелькнуло у меня в голове, знакомым до боли голосом. Я усмехнулся, топая к порту. Не оборачиваясь.
Вместе со мной шли раненые, потрёпанные, удивлённые и недовольные лисы, которых ввязали в эту страшную битву, лишь ради того чтобы непримиримые враги пожали друг другу лапы. В битву, в которой многие потеряли своих друзей, а может быть братьев, сыновей и отцов. И чтобы там не говорили – это всё из-за меня.
Сборы лис должны были занять не меньше часа. В воздух над кланом взвились клубы густого чёрного дыма. Я знал что это означает, и просто ушёл подальше от всего этого, причём отлично понимая куда мне надо идти: на небольшой пригорок, где я видел чёрного как смоль шакала, который наблюдал за тем, как я отплывал отсюда. Я сидел на его месте в позе лотоса, закрыв глаза и мерно, спокойно дыша. Я даже ни о чём не думал. Ничего не хотел.
Когда наши просигналили отплытие, я спокойно поднялся и ушёл к кораблям.
====== Глава двадцать третья. Танец злобного гения. ======
Я взошёл на борт кланового корабля, не удосужившись узнать что это была за посудина, какого класса и очень многих других вещей. Я лишь убедился, что яхту моей жены надёжно привязали канатами и взяли за собой на буксир. Так как кораблей было два, и как оказалось позже – лишь малая толика лисов ступила на земли клана Северного ветра, проблем с командой почти не было. Образовалась одна, но и она была решена довольно быстро: Эмерлина с нескрываемым удовольствием подменила боцмана, погибшего в бою. Получив практически в своё распоряжение огромный трёхмачтовый фрегат, моя жена пропала из виду.
Я не стал держать её рядом с собой – мы и так довольно много времени провели вместе, да и в открытом море она никуда не денется. Так что я понуро стоял на квартердеке вместе с Ареном и Флёр и капитаном корабля. Лисица не решилась взять на себя ещё больше ответственности, чем у неё и так было, да и в морском деле, как она выразилась «баобаб».
Вскоре мы вышли в открытое море, а так как корабли клана были несравнимо большими в сравнении с однопалубной «непобедимостью», то и припасов тут было необыкновенно много. Неимоверно приятно было наконец-то нормально питаться, спать на хорошей кровати или на худой конец в гамаке, но главное – в тепле. Выйдя из северных широт, я наконец-то сменил тёплую одежду на родную и простую сине-зелёную жилетку. То что я носил эти недели в холодных землях, я решил выбросить за борт – одежда страшно провоняла, вся была покрыта рыжей шерстью вперемешку с кровью. Поняв каким я был всё это время, я старался даже ни к кому не подходить, чтобы не пугать других своим резким запахом. Я знал, что через несколько дней, может через неделю – грязь, кровь и прочие нечистоты сами слезут с моей шерсти и я снова буду чистым и ухоженным. Такой механизм задумала нам сама природа, и кем мы были бы, если не пользовались им наряду с прекрасным нюхом, слухом и зрением?
Но даже так, в первом же тёплом порту я вышел на берег и нашёл парные, куда затащил и свою жену, причём насильно. Когда же мы с ней закончили банные процедуры, я понял почему она так не хотела лезть в парилку: шерсть из непослушной стала неуправляемой, и больше дня мы с Эмерлиной напоминали ежей, так как всё топорщилось в разные стороны и укладываться не желало. Но мы, или по крайней мере я, стойко вынесли этот позор и результат превзошёл все мои ожидания: шерсть высохла, улеглась и начала лосниться настоящим стальным блеском, больше походя на сам огонь. Получилось настолько хорошо, что даже Флёр пожелала теперь попробовать.
И всё это произошло меньше, чем за полтора дня на борту клановых кораблей, если не считать того момента, когда мы заходили в ближайший порт пополнить запасы и дождаться моей помывки. Лишь на следующее утро после отплытия, когда я проснулся под лёгким одеялом, в объятиях моей пушистой жены, слегка голодный и хорошо выспавшийся, я понял главное – было совершенно непонятно куда мы всё-таки плыли. Эта простая мысль ударила мне в голову как молоток, и потому я подскочил с кровати, цепляя жилетку и пропуская лапы в отсутствующие у неё рукава, вылетел из нашей каюты. Как оказалось – довольно рано, но разнообразная морская деятельность уже кипела вовсю. Несколько матросов драили палубу, кто-то штопал паруса, готовили завтрак. А в небе светило яркое и очень жаркое солнце, настраивая всех на мирный и спокойный лад, и потому я сразу же сбросил с себя всю напряжённость и прошёлся по палубе корабля на правах высокого гостя. Не то чтобы я хотел издеваться над другими лисами, которые тяжело работали тут, но получилось как-то так, поскольку матросы и юнги смотрели на меня не очень хорошо, видимо метя на моё место.