Пару раз дёрнув себя за ошейник, я лишний раз убедился что это не так. Реальность не переставала меня радовать до самого вечера, когда после сытного ужина из непортящихся продуктов, я снова залез на нос яхты, на этот раз – на ходу, и снял ошейник ещё раз.
-Всё может быть не так уж и плохо? – Спросил я вслух у моря.
Снова никакого ответа. Ни от моря, ни от Потерянного.
-Что ты задумал? Ты копишь силы?
-Скорее всего. – Ответила мне Флёр, опираясь локтями на борт яхты.
-Флёр, я…
-Я всё знаю. Продолжай.
Я отвернулся и закрыл глаза. Снова изо всех сил начал думать о зале со штурвалом.
-Флёр, ты должна сказать мне…
-Нет. Не сейчас и не сегодня, попытайся ещё, если тебе это так нужно.
-Я не знаю где он. Тарса же заставила меня забыть его.
-Я более чем уверена, что он появится в нужный ему момент. Не надо тревожить своего врага попусту.
-Почему это вдруг попусту?
-Ты даже не знаешь что ты от него хочешь. – Ответила мне лиса.
Она была права. Я не стал одевать ошейник на ночь и улёгся спать. На этот раз – один, пока моя жена стояла за штурвалом. Но посреди ночи, устав, она всё-таки присоединилась ко мне.
Весь следующий день я размышлял о том, что мне сказала Флёр – что мне нужно от того, кого я даже не помню. Заняв своё полюбившееся место на носу корабля, на этот раз при свете дня, я сложил лапы и уставился вдаль, чтобы ничего не мешало думать.
Все мои мысли сходились на одном простом факте – я не хочу причинять вреда своим друзьям и жене. Всё что случилось в пирамиде и за её пределами, кем бы я в этот момент не был, было целиком и полностью на моей совести, и чтобы хоть как-то её облегчить, нужно было пойти на риск. Риск этот тоже был простым как три топора: встретится со своим врагом лицом к лицу. Но чтобы сделать это – нужно было сначала узнать кто этот враг, а лучше узнать заранее чего он хочет. Чтобы составить хороший план действий нужно было думать не на один, а на два, три, четыре шага вперёд, нанести удар до того как твой противник сделает это, ошеломить, испугать и впечатлить его настолько, чтобы спутать все его карты.
Да, всё сводилось к тому, что мне нужен был план. И никакой импровизации, в последнее время, стоило мне это сделать, всё летело к волку в панталоны. Этими мыслями, после своих долгих раздумий я поделился с Флёр, которая предложила разрисовать схемы, планы, обозначить стратегию, определить тактику и подготовить базы для отступления, и в конце концов я рассказал это своей любимой жене, от которой получил самую неожиданную реакцию на свете.
-Может напьёшься? – Предложила она мне.
Я широко раскрыл глаза, уставившись на Эмерлину. Таких предложений я от неё никак не ожидал, и потому она пояснила:
-А что? Проясняет голову, помогает забыть ненужное и придумать что-то нужное.
Внезапно голос подала Тарса, невольно услышавшая наш разговор.
-Идея! Ты бы этого никогда не сделал!
-И что такого, что я этого никогда бы не сделал?
-Доверься мне. – Улыбнулась Динго.
К тому же Эмерлина уже достала ром. Откуда она его взяла, и сколько ещё его у неё было – я не знал. Бывшая пиратка со знанием дела сорвала пробку зубами и приложилась к горлышку, закручивая напиток в зеленоватой бутылке, чтобы тот резвее стекал из горлышка в её пасть.
Залпом осушив с треть бутылки, она предложила её мне.
-А вообще вроде нельзя на борту-то?.. – Напомнил я Эмерлине, имея в виду что она уже давно не пиратка, да и костюм на ней был очень даже официальный морской, практически адмиральский.
-Ты будешь выёживаться, или будешь пить? – Немного заплетающимся языком, спросила у меня моя жена.
Я посмотрел на неё с осуждением и всё-таки приложился к рому. Тёплый, сладкий напиток спустился вниз по груди и осел в желудке, в котором с утра не было ни крошки, ни кусочка еды. Буквально с пары глотков у меня опустились веки, а на морде расплылась довольная улыбка.
-А ну дай сюда. – Сказала мне Флёр, отбирая бутылку.
-Э-э-эй… – Промямлил я вождю клана. – Ты хотела планы… стратегию же… Не?
-Гулять так гулять. – Выдохнув, сказала лисица и тоже приложилась к горлышку.
И хорошо что у нас в команде оставались ещё Каин, Арен и Тарса. Оставшуюся часть дня им было поручено управление яхтой, пока я напивался с двумя самками в обнимку. И никакой ревности между нами не было, и всё было совсем хорошо и в правильном направлении. Все стратегии, планы, тактики…
Утро приветствовало меня куда менее приятно, чем прошлые два. Голову раскалывало на три-четыре части, язык и горло пересохли настолько, что у меня перекосило всю морду. Моя же ненаглядная жена вместе со своей закадычной подругой, чувствовали себя более чем хорошо. Эмерлина, притоптывая какую-то весёлую мелодию, стояла за штурвалом, а Флёр вместе со своим мужем, готовила что-то на завтрак. Заметив, что я очнулся, ко мне подошла Тарса, предлагая мне треть малосольного огурца на вилке.
Приняв огурец внутрь, и запив оставленным от него рассолом, я попросил остановки и искупаться. Предложение было встречено позитивно, и мы свернули к берегу, где быстро нашли впадающую в море речку, где устроили себе немного банных процедур.
При этом мы совершенно забыли о том, что тот, за кем мы по идее гонимся, уже третий день находится в нашем доме, с тремя самыми могущественными артефактами на руках, среди которых был и тот, который позволял манипулировать целыми государствами. И что было самое важное – в клане были наши дети. Все до единого.
Всё это время я был даже без ошейника, и всё постепенно становилось только лучше. Осознание своих ошибок меня настигло днём позже, когда до меня наконец-то дошло, что у нас всё-таки хоть и не равная, но погоня.
Чтобы ещё раз убедиться в том, что всё происходящее вокруг меня – реально, я попросил ошейник Флёр обратно. Лисицы без единой заминки выдали мне три осколка и хомут для него, и ещё один вечер я встретил уже в нём.
К счастью ничего не изменилось, поэтому я снял его и отдал обратно на ответственное хранение.
Остаток пути до самого клана, я прошёл без ошейника Флёр, ко всеобщей радости. Мы договорились, что как только я начну вести себя странно, или того хуже – я сам начну замечать какие-то странности, мне тут же вернут мою опору в реальности.
Но до самого клана ничего не предвещало беды. Мы просто плыли в море, ели, спали, дежурили – даже не встречали других кораблей. Арен уверенно шёл на поправку, и тот день, когда мы по всем расчётам должны были увидеть клан Лис Полной Луны, он уже довольно уверенно помогал моей жене и Каину с парусами, демонстрируя ловкость и уверенность в себе. В общей сложности, с зельем того незадачливого алхимика, у Арена ушло меньше недели на то, чтобы полностью, в чём он сам был уверен, восстановиться. В тот день к нам даже вернулось очень хорошее настроение – все, даже Каин и Тарса, были рады, что мы наконец-то вернёмся домой.
Сумерки быстро опускались на наши земли, которые уже можно было разглядеть в подзорную трубу, и под покровом темноты в клане начало проявляться что-то новое и интересное. Эмерлина, разглядывавшая порт в подзорную трубу, необычайно резко убрала со своей морды улыбку, и тут же встала за штурвал, поворачивая его.
-Нам туда нельзя. – Заявила она, выкручивая руль до упора.
«Непобедимость» немедленно взяла другой курс – сильно налево, но Флёр, поняв это, свистнула моей жене:
-Чтобы там не было – рули направо! Там клан ящеров, может они помогут разобраться!
Моя жена кивнула и вывернула руль в другую сторону. Яхта охотно слушалась, поворачиваясь к портовому клану другим боком, продолжая приближаться к порту, но уже не по прямой.
Все остальные, кто был на палубе, перешли на другой борт, разглядывая что там могло произойти. Флёр, на правах вождя клана, попросила у Эмерлины подзорную трубу, и молча уставилась на берег.