-Отлично! Тарса, наверх – расправляй паруса…
-О, со мной можно общаться чуть сложнее, чем с этими двумя, я читала книжку по навигации…
Эмерлина наградила динго таким взглядом, что та сразу же заткнулась и, кивнув, взмахнула хлыстом, рывком забираясь на реи.
-Ренар – за штурвал, – Послышался ещё один приказ. Я сопротивляться не стал и спокойно встал у руля.
Эмерлина, периодически кряхтя от боли, осталась сидеть рядом, прямо на полу. Я поглядывал на неё, но вскоре пришлось выходить из порта, где моя жена дословно говорила мне что надо делать, так же передавая приказы Арену и Тарсе.
Меньше чем через час мы вышли в открытое море – огни порта клана Лис больше не были видны и я выдохнул спокойно: по крайней мере в море нас было почти невозможно найти, следов мы не оставляли, а со мной была команда из преданного друга, любимой жены и странной воровки. По крайней мере с тех пор как я узнал на что способна жемчужина Флёр, я чувствовал что могу доверять на палубе всем без исключения. Эмерлина проложила курс, спустившись в единственную каюту, принадлежащую лично ей. Там какое-то время она провела одна, но потом всё-таки позвала меня внутрь, оставив наедине Арена и Тарсу.
Я покорно спустился к ней. Она уже спокойно стояла на своих лапах, не держалась за бок и довольно уверенно орудовала небольшим циркулем своей правой лапой, которую я ей сломал.
Впрочем мне уже очень не хотелось думать, что это сделал именно я. И похоже Эмерлина, моя любимейшая жена, меня отлично понимала.
-Не хочешь избавиться от всего этого? – Она обвела верхнюю часть моего тела пальцем правой лапы.
-С удовольствием.
Она понимающе кивнула, открывая небольшой шкаф в её каюте и доставая оттуда довольно большую, прочную шкатулку из дерева, тоже с замочком. Открыв её передо мной, она терпеливо посмотрела на меня.
Лишаться отличной защиты и возможности нападения в виде бриллианта не хотелось, но ноша была слишком тяжела. Я вынул камушек из внутреннего кармана жилетки, бросая его на дно шкатулки, которую перед этим взял в свои лапы. Туда же вошли две половинки ошейника, который я снял с себя как только избавился от проклятия бриллианта.
И физически мне стало намного легче: тело как будто заполнилось новой энергией, которую оттягивал на себя кусок стали на моей шее.
А вот морально я не испытал никакого облегчения. Когда я взял шкатулку с бриллиантом, чтобы моя жена вдруг не оказалась под воздействием артефакта и закрыл её на замок, а она в свою очередь закрыла на ключ шкаф у себя в каюте, между нами всё ещё висело напряжение, будто после затяжной ссоры.
-Прости. – Наконец-то выдавил из себя я, почёсывая затылок и протягивая ей лапу в знак мира.
Лисица бойко прошагала к своему столу, возвращаясь к карте.
-Тебя не за что прощать.
-Не заслужил? – Уточнил я.
-Нет. Не делал. Ренар, я знаю тебя как облупленного, это был не ты. В твоих глазах я видела кого-то древнего, сильного, злого, но не тебя, лис.
-Наверное ошейник. – Предположил я, присаживаясь рядом с моей женой на корточки. – Говорят он теперь Артефакт сам по себе… Наверное с ним может совладать только Флёр. И то, последний раз когда она была в нём – она заливала себя алкоголем.
-Не знаю, Ренар. – Устало ответила моя жена.
И тут до меня дошло, что лисица такая неразговорчивая из-за лечения Арена. Любой был бы не в духе, если ему пришлось отдать столько сил на то, чтобы магическим образом вылечить сломанную лапу.
-Я сейчас. – Поцеловав Эмерлину в мордашку, я побежал наружу, закрыв дверь в её каюту.
На палубе меня уже встретили мои друзья: Арен за штурвалом, как никогда серьёзный и невозмутимый, ну и очень скучающая динго, проверяющая свои коготки.
-Тарса! – окликнул я её, – Готовить умеешь?
Динго удивлённо подняла брови, отрываясь от маникюра.
-Пару рецептов знаю…
-Замути что-нибудь вкусное из того что есть! Арен, помнишь мы тут маленькую печку складывали? Давай, Эмерлине надо поесть!
-Ещё как надо, – со знанием дела подтвердил Арен, закрепляя штурвал парой канатов, – Я и сам не откажусь.
-Кстати я тоже ничего целый день не ела. – Подала голос Тарса.
-А ты нажрался орехов пока мы собирали провизию… – Напомнил мне мой лучший друг.
Я же выскочил из трюма со своей удочкой.
-Будет вам…
-Рыбка! – Радостно пропищав что-то, вскрикнула динго.
Я уже взял ведёрко и приготовил наживку из вяленной рыбы в запасах, всё-таки свежая была намного вкуснее, но Арен меня остановил.
-А где моя удочка?
-Сейчас не время для соревнований, Арен. С тебя буржуйка!
-Самцы! – Послышался саркастический голос моей жены, которая закончила с маршрутом и покинула свою каюту, – Всем вам только посоревноваться дай!
-Эм, тебе надо отдыхать…
-Тарса займётся печкой, а я – рецептом. С вас – побольше рыбы.
Мы с Ареном переглянулись. На любой рыбалке мы не могли удержаться и как только не издевались друг над другом.
-Если тебе так не терпится проиграть…
-На что спорим? – Сверкнув глазами, спросил меня лис.
-Ха! – Отвечал я ему, уперев лапу в бок, – Поживём-увидим!
Лис быстро метнулся в трюм за второй удочкой – короче, слабее и вообще всячески хуже, не просто же так моей любимой была нормальная? Но даже с плохим инструментом Арен чувствовал себя уверенно. И мне ли не знать, что эта уверенность – не спроста.
Следующие два часа самки, оставшиеся на корабле фактически без дела, наблюдали лишь два напряжённо виляющих хвоста у кормы и обмен редкими, едкими фразами. Но в конце концов мы с Ареном решили, что клёва сегодня не было, и вернулись к ним с одной-единственной корзиной рыбы, наловленной вместе. Эмерлина и Тарса, успевшие к этому времени разговориться, подружиться, подраться и помириться, занялись готовкой.
В общем – нормально поесть в этой дороге мы смогли только ближе к утру. Мы встретили раннее зарево и уставшие, но сытые, расползлись по разным местам небольшой яхты. Каждому нашлось своё место: Арен завернулся в свой плащ на носу корабля, Тарса устроила лежанку на корме, а потом и вовсе перебралась в трюм, заявив что ей спать слишком ярко, ну а капитан «непобедимости» заняла свою законную каюту.
Из всей команды я был самый бодрый, так что не стал бросать якорь, а встал за штурвал, стараясь держать курс на заданные моей женой ориентиры. Но всего через десять минут моего управления, мне показалось что солнце уже в другой стороне от корабля, поэтому я довольно быстро свернул паруса, а когда спустился на палубу, в двери своей каюты уже стояла моя обворожительная жена. На ней уже было гораздо меньше одежды, чем обычно, видимо ко сну.
-Эмерлина? – Тихонько спросил я её, подходя к катушке с верёвкой, при помощи которой опускался якорь.
-Капитан хочет видеть тебя в своей каюте. – Напомнила мне лисица.
-После всего того что я натворил? – Нехотя напомнил я ей.
Эмерлина поморщилась, погладив правую лапу.
-Арен всё исправил. И я понимаю что это был не ты.
-Но это были мои лапы…
-Муж. – Обратилась она ко мне. – Хорош сентиментальничать. На море я редко кому прощаю свои обиды, но ты моё исключение. Не буди во мне пирата, как я пробудила в тебе того, кто сломал мне руку.
Я поднял уши и молча согласился, отправляясь спать со своей любимой самкой. Она заперла за мной дверь и в каюте стало совсем темно.
И подобно двум свечам в темноте появились её глаза. Мы с ней забрались на узкую койку, и несмотря на то что этой ночью мы слишком устали и не стали проявлять свою любовь физически, мы были близки как никогда.
Вставать пришлось рано, но днём. Я не очень хорошо выспался, но всего несколько минут на корабле под командованием моего капитана – и я уже был резв как огурчик и чувствовал себя великолепно. Не последнюю роль в этом сыграло и отсутствие лишних вещей в моём гардеробе, надёжно упрятанных в шкафу нашей с Эмерлиной каюты.
Мы подняли якорь, быстро сориентировались и отправились в дальнейший путь. Попутно мы обсуждали наш план, который благодаря древнему артефакту, отлично понимали все в нашей команде. С каждым часом мы выбирали свою фору – время, когда Флёр бездействовала, находясь в страшной коме из самых худших моментов своей жизни. Простить мне такое она не сможет наверняка, поэтому стоило набрать так много отрыва, сколько могли. По расчётам Эмерлины, до клана Северного ветра плыть всего-ничего: около четырёх дней. Немного меньше, чем до Тайного Города, в путешествии до которого мы повстречались с роковой лисицей, но всё равно больше чем запасов, которых мы взяли с собой. Даже при хорошей экономии и почти полном переходе на рыбу, этого могло не хватить, и к тому же у нас почти не было питьевой воды. Это и сыграло решающую роль в решении остановиться в ближайшем порту, вместо того чтобы протянуть на имеющихся запасах до какого-нибудь порта подальше, а то и вообще до клана белых мишек.