Мы так и поступили в тот же день. Конечно всё осложнялось тем, что у нас практически не было денег: Тарса пожала плечами, когда мы спросили у неё, ответив что заработала бы что-нибудь, если бы у неё была лютня, но и то заняло бы целый день, а то и всю ночь. Поэтому вся «честь» по добыче необходимых нам ресурсов ложилась на меня.
Как только мы вошли в порт и пришвартовались, я первый спрыгнул на мостки и ни с кем не прощаясь, ушёл в город.
Порт был совершенно обычным, я бы даже сказал – стандартным. Много ленивой охраны, много торговцев, много воров, так что все очень тщательно следили за своими пожитками, усложняя мне жизнь. Но я и не собирался красть у простых матросов: я сразу же занялся продавцами. Спустя час я возвращался на палубу «Непобедимости» с туго набитым кошельком, который вручил Арену. Эмерлина, отобрав золото у моего друга, взвесила его на ладони.
-И всё? Тебя только за смертью посылать! Тарса, Арен – за мной! Ренар – следи за яхтой.
Я пожал плечами, но приказ выполнил. Устроившись повыше, я внимательно следил за всеми, кто имел неосторожность подойти подозрительно близко к борту нашего судна, и после двух предупреждений, я доставал ножи и тренировался в метании на длинные дистанции.
Эмерлина вернулась с моими друзьями через два часа. В обоих руках у неё были корзины сухофруктов, сушёных грибов и вяленного мяса, такие же несла на себе Тарса. Позади, сильно отставая от самок, Арен катил перед собой огромный бочонок с пресной водой.
Я спустился вниз по верёвке.
-Зачем столько воды? – Спросил я, забирая корзины из лап моей жены и помогая затащить их на борт.
-Паровой двигатель на солёной воде работает очень плохо. – Последовал закономерный ответ.
-Эй, наверху! А помочь милой хрупкой самке? – Крикнула нам Тарса.
-Конечно! – Кивнул я, опираясь локтями на бортик яхты.
-Ну?
-Что ну?
-Чего ты ждёшь?
-Милую и хрупкую самку! – Ответил я ей, рассмеявшись.
Впервые за трое суток, вроде как.
Когда я по-настоящему спустился помочь ей, она дала мне подзатыльник и затащила всю провизию сама. Впрочем, всё равно я спускался не зря: Арен как раз подкатил к трапу бочку. Лишь когда мы с ним вместе упёрлись в неё, тогда мы смогли её закатить на борт.
Покончив со сборами окончательно и бесповоротно, мы отчалили в дальнейший путь, и весь день до самого заката, провели в заботе по наведению порядка внутри и снаружи «Непобедимости». Как и в прошлый раз – мы с Ареном занялись тем, что отскребали ракушки с корпуса, а самочки убирались в трюме.
На следующее утро, стоило нам с Эмерлиной выползти из своего уютного гнёздышка, динго вспомнила главное: мы плыли на север.
В ответ на наш недоумённый взгляд, она показала на свои лёгкие штанишки в обтяжку, заявив что на ней отродясь ничего более плотного не было. Эмерлина в душе хлопнула себя по лбу, а я взялся за переносицу указательным и большим пальцем.
Всё-таки сборы в спешке – зло.
Нам пришлось потерять ещё несколько часов, снова заходя в ближайший порт и на этот раз всей компанией разыскивая себе тёплую одежду. Самым упрямым, как ни странно, оказался мой лучший друг, заявив что отлично помнит довольно суровые зимы, которые он так же как и всегда провёл в своём неизменно плаще. В ответ на такие претензии, мы с Эмерлиной наперебой завалили его историями о путешествии в клан северного ветра, наслушавшись которых, Тарса начала воровать не только книги, но и деньги. Она купила себе такой внушительный гардероб, что поднимаясь на борт корабля после покупок, ей снова понадобилась помощь, и на этот раз по-настоящему.
Как будто в подтверждение наших слов о лютом морозе северных земель, на следующую ночь нам с Эмерлиной пришлось достать одеяло для нашей кровати. Потом зажечь несколько керосиновых ламп, благо топлива для них было достаточно долго.
Первой к нам в каюту попросилась Тарса, постучавшись к нам уже закутанная как мешок тряпья. Арен храбрился всю ночь, но заснуть так и не смог, так что под утро без стука занял место на полу рядом с динго. Самочка, почувствовав рядом большого, мощного самца, инстинктивно прижалась к нему, согреваясь. Арен был не против, а Эмерлина, заметив это, вжала когти посильнее в мою тщедушную грудь.
Утро встретило нас обледенелой палубой и парусами. Физический труд вроде сбивания сосулек и отряхивания свёрнутых парусов от тонкого слоя льда пошёл на пользу всем нам: мы и согрелись и подружились ещё лучше, работая сообща, как настоящая команда. Провиант начал уходить с удвоенной скоростью, даже несмотря на то, что клёв всё-таки пошёл и мы с Ареном неплохо восполняли запасы свежего провианта. Воду почти не трогали, но спрятали большую её часть в каюте, чтобы не замёрзла если что. Паровой двигатель Эмерлина вскоре заправила не используя купленную пресную воду, показав как правильно топить лёд: вся соль морской воды при заморозке оставалась в центре, и надо было растопить не всё, а лишь две трети.
Но как бы мы не старались, с приходом холодов наш путь не замедлился физически, но стал намного тяжелее морально. Каюта яхты перестала быть только капитанской – теперь там грелись все, особенно Тарса. Иногда, сидя вместе с ней, мне приходилось выслушивать монологи о том как ей скучно и о том что надо было взять с собой хотя бы пару книжек. После третьего или четвёртого такого концерта, я напомнил ей, что я в общем-то её не звал, и она смолкла. Зато с Эмерлиной она находила язык намного проще.
Ещё одну ночь мы провели в каюте все вчетвером. На этот раз Тарса сразу же улеглась под бок к Арену, но спать никто не торопился. Мы встали на якорь, проделав довольно большой путь за этот день, но совсем не устали. Эмерлина разожгла побольше свечей на небольшом столике, занимаясь картами и маршрутом, ей самую малость помогал Арен – иногда выбегая наружу с компасом и астролябией и донося все необходимые моей жене сведенья. Тарсе, как в общем и мне, нормального дела не нашлось, поэтому я развернул связку копчёных рыбок, предлагая всем поужинать ещё раз на сон грядущий. Динго отказалась.
-Если бы у меня была с собой лютня, хотя бы сыграла бы что-нибудь. – В укор мне сказала динго, поджимая под себя тонкие лапы.
-Будто ты умеешь играть, – озвучив мои мысли, ответила ей Эмерлина, отложив циркуль.
-Я на много чём умею играть! – Парировала она.
-У меня с собой есть Флейта. Сыграешь? – Предложил ей Арен.
Мой друг уселся рядом со мной, забирая из свёртка одну рыбину и запуская её в рот. Динго в ответ на его предложение фыркнула.
-Я только песни знаю. И как я буду что-то тут петь для такой замечательной публики?
-Я подыграю. – Ответил Арен, и я уже не удержался от смешка, хитро посмотрев на динго. Нечего было хвастаться, что она умеет петь. Я-то слышал.
Лис уже достал свой инструмент, обычно использующийся лишь в крайних случаях. Лис вполне обосновано приготовился: облизал губы и настроился на нужное дыхание, прикладывая свой инструмент к пасти.
Я совсем нагло улыбнулся Тарсе. Уж больно я любил когда кто-то позорился.
Динго злобно зыркнула на меня в ответ, отворачиваясь и совершенно внезапно для всех нас, затянула довольно уверенно и чисто слова песни. Арен не растерялся и тут же взял нужную ноту.