Тут меня посетила нужная идея.
— Флёр, дай стрелу.
— Ренар, я совсем не уверенна, что нам оно надо.
— Оно надо мне! Дай стрелу, я верну тебе её целой.
Недоверчиво посмотрев на дверь и на меня, лиса потрясла арбалетом и вытащила оттуда длинный гвоздь без шляпки.
— Я думаю, что этого делать не стоит, — Флёр отдала мне стрелу, и я принялся ковыряться ею в замке.
— Слушай, а если это чья-то тюрьма? — спросил Густав.
— На это и надеюсь, — я не отрывался от работы.
— Кого ты там рассчитываешь увидеть? — ещё раз спросила Флёр.
— Лиза, — первый замок был открыт.
— Кто это?
— Друг, — Второй поддался гораздо быстрее, потому что был полностью идентичен первому.
Мои напарники замолчали. Видимо, понимали, каково это — терять друзей и жить надеждой найти их.
Когда третий засов был отперт, я потянул на себя ручку, но дверь не поддавалась. То ли она была слишком тяжелой, то ли…
— От себя, Ренар, — подсказала мне Флёр.
Я толкнул — и дверь со скрипом отперлась, открывая мне кромешный мрак и страшную вонь. Все присутствующие сразу зажали носы, стараясь не дышать вообще. Запах был настолько резким, что щипал глаза.
— Ренар, я долго не выдержу! — лиса старалась проговорить это как можно быстрее и глотала воздух ртом.
— Я тоже, — взяв со стены факел, я шагнул в темноту.
Пол сразу показался мне скользким, будто он был покрыт густой слизью. Всё ещё зажимая нос, я осветил ближайшие стены и от удивления разжал его. В камнях торчали шипы. Огромные стальные пики покрывали все стены этой камеры и внутреннюю сторону двери. Клетка была сделана из коридора, поэтому имела не квадратный, а прямоугольный вид. Дальнюю стенку рассмотреть никакой возможности не было, поэтому я направился дальше, движимый больше любопытством, нежели надеждой увидеть старого друга. За мной, так же с факелами, вошли Флёр и Густав. Я заметил, что на свободной лапе лисы арбалет был раскрыт и она водила им из стороны в сторону. Ещё раз оглядевшись, я споткнулся о кости, лежавшие на полу. Осветив пол, я увидел целую корову. Точнее, обглоданный скелет. Медленно обходя её, я не отрывал взгляда от противоположной стены, которую пока не видел, но чувствовал: там кто-то есть. Флёр тихо ругалась, Густав поскуливал от страха, но камера никак не желала заканчиваться. Я шёл и шёл, пару раз обернувшись, чтобы убедиться, что дверь всё ещё открыта и оттуда льётся свет, который послужит нам ориентиром на обратной дороге. Внезапно я остановился.
Передо мной лежал гигантский чёрный волк. Он лежал по-звериному, но явно мог ходить так же как мы — на двух лапах. Я осветил его огромное тело и понял, зачем тут приняты такие меры. На его лапах блестели огромные стальные кандалы, каждое в два раза больше по толщине ошейника Флёр. Он был прикован к стене и полу не одним десятком цепей.
Вся наша компания, вдоволь налюбовавшись спящим гигантом, стала медленно пятиться назад. Мы отошли на два шага назад, как вдруг Густав наступил на коровью кость, которая предательски затрещала.
Глаза волка вспыхнули красным. Мы отошли настолько, чтобы он остался во тьме, и теперь видели только его светившиеся яростью глаза. Флёр отбросила факел и наставила на него второй арбалет. Послышался звон множества цепей, и волк начал вставать на две ноги. Две красные точки поднимались всё выше и выше, пока не достигли потолка. В рост он был просто огромен, выше меня в два раза, а может — в два с половиной. Мы продолжали пятиться, не отрывая взглядов от чудовища. Волк низко и громко зарычал, бренча цепями. Неожиданно для нас мы поняли, что он рвёт цепи как нитки. Постепенно все цепи лопались и отлетали. К нашим лапам подкатилось разорванное напополам огромное звено цепи, как только мы почувствовали порог двери.
— Закрывай! — крикнула Флёр и метнулась в коридор. Густав прыгнул за ней, а я потянулся было к двери.
Лопнули последние цепи, удерживавшие монстра от нападения, как он бросился на дверь. Я только успел разглядеть исполинские зубы и когтистую лапу, тянувшуюся к моей шее, как вдруг ураган силы снёс меня с порога, пронёс через коридор и прижал к стене, ударив головой о каменную кладку. В глазах потемнело от страшного удара, но сознание я всё ещё сохранял.
Что-то кричала Флёр, орал Густав. Я плохо их слышал: звенело в ушах. Я только видел, как волк смотрел на меня. Взгляд его был не животным, а вполне разумным. Он гневно обдувал меня воздухом из ноздрей, будто нюхая. Через некоторое время его хватка слегка ослабла, и я снова обрёл способность слышать. Как только я расслышал крики Флёр, он сквозь рык на повышенном тоне спросил:
— Что тебе от меня надо, лис?
— Ничего! Я хотел подарить тебе свободу! — слегка прохрипел я, вцепившись когтями в его лапу. Волк этого будто и не замечал.
— Свободу?
— Да! — крикнула Флёр. — Отпусти его, мы не желаем тебе зла!
Волк низко зарычал и отпустил меня. Сползя по стенке на пол, я увидел, как монстр стукнул по стене коридора и как посыпалась каменная крошка. Потом он взвыл, принюхался и куда-то побежал, снося на ходу всё, до чего дотрагивался. Через минуту он скрылся в коридорах, а ко мне подбежали обеспокоенные спутники.
— Ренар, ты в порядке? — потрепала меня за шерсть Флёр.
— Да… — я пытался отдышаться. — Только отдышусь…
— Пойдём за ним. Мне кажется, он знает, куда летит.
— Зря ты туда полез, Ренар…
— Знаю… Знаю.
Меня подхватили и понесли по следам чудовищного волка. Через некоторое время я смог идти сам, а потом мы втроём побежали к заветному выходу. Густав по дороге умудрился избавиться от доспехов, оставшись в одной просторной рубахе и лёгких штанах. Наконец мы увидели проломленную дверь, за которой виднелось ночное небо, и как можно скорее выбрались наружу. Отдышавшись, все огляделись и увидели четвёрку летунов, у одного из которых в лапах уже кто-то висел. Это был Мирумас с Эмерлиной. Флёр растолкала всех на приличное расстояние и велела поднять лапу. Заметив наши манёвры, летуны быстро сообразили и направились к нам. Подхватив нас, они, не набирая скорости, стали делиться впечатлениями про того монстра, который вылетел из подвала, перемахнул через забор и убежал в лес.
— Расскажу потом! — крикнула Флёр. — Давайте домой, ребят.
Квартет крылатых лис с пассажирами медленно вышел на нужную высоту и стал набирать скорость. Мы взяли курс на северо-восток, и меня снова заполнила эйфория высокого и быстрого полёта. Я наконец-то летел к своим детям, почти домой.
====== Глава восемнадцатая. Семья ======
Получив ещё один удар, я больше не выдержал:
— Да хватит уже…
Огромный гиен, который систематически избивал меня в течение последних двух часов, ухмыльнулся и отошёл, дав Тардифу подойти ближе.
— Так, может, скажешь, зачем ты сюда пришёл?
— Отомстить…
— Интересно кому.
— Тебе, мерзкий падальщик.
Ещё один удар обрушился на меня, а я бессильно тряс головой, надеясь на прекращение пытки.
— Странно! — вдруг воскликнул Тардиф. — Похоже, я уже даже не помню, кто и за что хочет мне отомстить! — все его прихвостни, сидевшие в комнате вместе со мной, расхохотались.
— У тебя есть один враг… Главный…
— Кто же это? — гиен пронзительно посмотрел мне в глаза.
— Она…
— Кто она?
— Не скажу…
— Дрик!
Накачанный снова ударил меня в торс. Я начал задыхаться.
— Так кто же эта таинственная сила, которую мне стоит бояться?
— Её… — я вдруг рассмеялся, представив, что сделает Флёр с этим мерзавцем.
— А ты не боишься её мести? — вдруг спросил Тардиф.
Я вздрогнул.
— Откуда ты знаешь?
— Ты предал её. Ты предал эту шлюху, которой мы пользовались достаточно долгое время, — гиен взял меня за подбородок и направил мой взгляд на него. — И ты бросил её, не так ли?
— Замолчи, мерзавец!
— Это кто из нас мерзавец? — глумливо спросил он. — Ты только подумай, что она сделает с тобой, когда снова увидит тебя…