Глава 20. «Вино и забытье»
Я притворялась спящей, когда его пальцы начали перебирать мои волосы. Он сидел на полу, его дыхание было нарочито ровным — будто старался не разбудить.
"Чего он ждет? Чтобы я проснулась и поблагодарила за новую порцию швов?"
Его прикосновения были странными. Не такими, как всегда. Не уверенными, не властными. Пальцы дрожали, когда коснулись повязки на моей шее.
"Боится повредить? Или боится, что я сломаюсь?"
Я не шевелилась, но сквозь ресницы видела его лицо — без привычной ухмылки. Он выглядел уставшим. Наклонился, губы коснулись моего лба.
"Зачем? Чтобы проверить температуру? Или..."
Я не успела додумать. Он откинулся к стене и закрыл глаза. Только под утро его дыхание стало глубже.
——————————
На следующий день он повел меня в ресторан поезда. Я сидела, уставившись на его бокал с вином, наблюдая, как алый отблеск играет на стекле.
— Хочешь попробовать? — Он пододвинул ко мне свой бокал.
Я посмотрела на темно-красное вино, потом на него.
"Отрава? Снотворное? Или просто хочет посмотреть, как я буду корчиться от вкуса?"
Но я кивнула.
Первый глоток обжег горло. Второй — уже не так сильно. К третьему бокалу мир стал мягким и неважным.
—————————
Она не умела пить. Четвертый бокал сделал свое дело — пальцы стали ватными, а его лицо перестало казаться таким ненавистным.
Она не заметила, когда начала улыбаться. Вино разлилось теплом по животу, пальцы сами потянулись к его руке. Он не отстранился — только наблюдал, как она ковыряет ногтем узор на его часах.
— Ты... — она попыталась говорить, но вспомнила про швы. Фыркнула и допила четвертый бокал.
Мир поплыл.
Когда она начала сползать со стула, Он подхватил ее на руки. Она обвила его шею, прижалась к груди — пахло дорогим одеколоном и чем-то своим, опасным.
— Ты совсем не умеешь пить, — прошептал он, но голос звучал тепло?
————————
В купе что-то переключилось. Ее руки сами потянулись к нему, пальцы вцепились в воротник рубашки. Она притянула его ближе, губы нашли его рот — неумело, пьяно.
Он замер. Но не оттолкнул.
Потом все стало мутным. Его руки на ее коже были осторожными — слишком осторожными для него.
"Почему? Боится повредить? Или..."
Мысли расплывались так же быстро, как и возникали.
————————
Я проснулась с головой, набитой ватой. Он сидел напротив, попивая кофе.
— Доброе утро, — сказал он, не глядя.
Я нахмурилась.
"Вчера что-то было? Не помню ничего, что было после третьего бокала. Я что... Нет. Не могла."
Но щеки горели.
Он наконец посмотрел на меня:
— Ты ужасно целуешься.
Я схватила подушку и швырнула в него.
Он поймал и рассмеялся.
"Черт. Значит, было."
Глава 21. «Отель»
Поезд наконец остановился. Мы вышли на перрон, и холодный сибирский воздух ударил мне в лицо. Он ловит мою руку, прежде чем я успеваю отдернуть её — пальцы смыкаются вокруг запястья, твёрдые и тёплые.
"Как будто боится, что я испарюсь."
Машина ждёт нас у выхода. Чёрная, дорогая, с тонированными стёклами. Я не хочу признаваться себе, но мне интересно. Никогда не была в таких.
Он замечает мой взгляд, скользящий по кожаным сиденьям.
— Нравится?
Я тут же отворачиваюсь, делая вид, что мне плевать.
"Чёрт. Показала слабость."
Он смеётся — тихо, про себя.
—————————
Отель слишком роскошный. Я не могу не разглядывать: хрустальные люстры, шёлковые шторы, огромную кровать с золотым изголовьем.
"Боже, как же здесь пахнет... Деньгами. Властью."
Я ловлю себя на этом и сразу делаю равнодушное лицо. Но он уже заметил.
———————————
Внутри номера.
Я стою у окна, смотрю на город, думаю о том, как было бы просто разбить стекло и...
— О чём задумалась?
Его голос раздаётся прямо у уха, горячее дыхание обжигает кожу.
"Чёрт! Когда он подошёл?!"
Я вздрагиваю, но не успеваю отпрянуть. Его губы касаются мочку уха — лёгкий укус.
Я пытаюсь вырваться, но он ловко перехватывает мои запястья одной рукой, прижимает их к стене над головой.
— Не дергайся, — шепчет он, губы скользят по шее, избегая повязки. — Испортишь швы.
Его вторая рука уже на моём боку, пальцы раздвигают ткань водолазки, оголяя ключицу. Я закрываю глаза.
"Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу..."
Но тело предательски реагирует.
"Почему он так умеет? Почему его прикосновения обжигают, даже когда я ненавижу его?"