— Это мне? — поднимаю "подарок".
Он лает и прыгает вокруг, как щенок.
—————————
Вечером Роман застаёт нас в библиотеке: я читаю вслух (якобы Рексу), а он лежит у моих ног, изображая интерес.
— Ты... читаешь ему? — Роман замирает в дверях.
— Ага. "Преступление и наказание". Думаю, ему нравится, — серьёзно говорю я.
Рекс, как по команде, зевает во весь рот.
Роман качает головой, но в уголках его губ дрожит улыбка:
— Завтра научу тебя играть с ним в покер. Уверен, он будет блефовать лучше тебя.
Я кидаю в него подушкой. Рекс ловит её на лету.
Обычный день. Какой-то... слишком обычный.
Слишком хороший.
Как будто затишье перед бурей...
Глава 62. "Тихий лес, громкая засада"
Утро началось слишком спокойно. Слишком... обыденно. Именно это должно было меня насторожить.
— Только не уходите далеко, — просил на прощание Роман, целуя мне ладонь. — Мы со стариком вернёмся к ужину.
Я кивнула, но внутри уже зрел план. Лес за поместьем манил своей свободой. И сегодня, наконец, у меня была возможность прогуляться там без вечной тени охраны.
— Госпожа, может, останемся в саду? — Мария нервно оглядывалась, когда мы подходили к воротам.
— Мы просто прогуляемся, — успокоила я её, поглаживая Рекса за ухом. Пёс радостно вилял хвостом, совершенно не подозревая, что скоро ему предстоит сражаться за наши жизни.
————————
Лес встретил нас прохладой и пением птиц. Рекс бежал впереди, обнюхивая следы. Мария шла рядом, её пальцы то и дело тянулись к складкам юбки — я уже давно заметила, что она прячет там что-то.
— Ты когда-нибудь... — начала я, но Рекс вдруг замер, шерсть на его загривке встала дыбом.
Мария мгновенно изменилась в лице. Её рука исчезла под подолом.
— Госпожа, за мной, — прошептала она.
Но было уже поздно.
Шевеление в кустах. Справа. Слева. Со всех сторон.
Рекс зарычал так, что у меня похолодело внутри. Я инстинктивно схватилась за нож в кармане — мой маленький "на всякий случай", который я стащила с кухни ещё в прошлый раз.
— Бегите! — крикнула Мария, и в её руке блеснул изящный кинжал.
Из кустов вывалились человек восемь. Все в масках, все с оружием. Рекс бросился на ближайшего, впиваясь клыками в руку с пистолетом. Мария крутилась как демон, её кинжал оставлял кровавые следы.
Я тоже не стояла в стороне — мой нож нашёл брюхо одного из нападавших. Кровь брызнула на руки, тёплая и липкая.
Но потом — выстрел. Острая боль в руке. Я вскрикнула, роняя нож. Марию ударили по голове — она рухнула как подкошенная. Рекс, окровавленный, но всё ещё живой, пытался защитить меня, пока его не оглушили ударом по голове.
— Ну-ну, Эрика, — раздался знакомый голос. Из тени вышел он. — Как дочка алкашки устроилась в господском доме?
Моё сердце упало. Богдан. Тот самый ублюдок, что когда-то...
— Ты... — я скрипнула зубами, прижимая раненую руку.
— Я вырос, — он ухмыльнулся, показывая золотой зуб. — А ты всё та же грязная уличная крыса. Только теперь ты ещё и игрушка Зиминых.
Он пнул лежащего без сознания Рекса.
— Как мило. И собачку тебе подарили. Жаль, ненадолго.
Я бросилась к нему, но сильные руки схватили меня сзади. Богдан рассмеялся.
— Не переживай. Мы устроим тебе... тёплый приём. А потом используем как приманку для твоего дорогого "хозяина".
Когда мне натягивали мешок на голову, я успела увидеть, как Рекс слабо дёргает лапой, а из-под тела Марии расползается кровавая лужа.
Последняя тревожная мысль перед тем, как всё погрузилось во тьму:
"Это же не может быть моим концом, правда?"
Глава 63. "Клетка"
Тьма медленно рассеивалась. Первое, что я почувствовала — тупую боль в правой руке. Потом — холодные прутья, впивающиеся в спину.
Я открыла глаза.
Клетка.
Не просто комната, не подвал — настоящая клетка для животных, низкая, тесная, с толстыми металлическими прутьями.
— Госпожа!
Мария тут же придвинулась ко мне. Её лицо было бледным, но раны уже перевязаны — видимо, она успела позаботиться о себе.
— Вы пришли в себя... — она тут же принялась отрывать полосу от подола своей юбки, чтобы перевязать мою руку.
Я хотела ответить, но тут что-то тёплое и тяжёлое плюхнулось мне на колени.
Рекс.
Он был жив. На голове — самодельная повязка из тряпок, но он вилял хвостом и тыкался мокрым носом мне в ладонь, словно говоря: "Я тут, я с тобой."