***
Еще никогда в жизни Дэвид не видел столько изысканных блюд на одном столе. Суммы, потраченной на сегодняшний ужин, смело хватило бы ему на год безбедной жизни. И на все это великолепие агент Грин был вынужден смотреть со стороны, заняв место рядом с другими телохранителями и обслуживающим ужин персоналом.
«Телохранители – табу, – припомнил он свой разговор с Кирсановым, – как же. Либо Лаки стоит подучить испанский, либо Кирсанов давно не участвовал в подобных мероприятиях. Здесь только ленивый не обзавелся телохранителем».
Так, самому себе, напоминая озлобленного старичка, Дэвид не мог перестать ворчать, чему в значительной мере способствовал голод, периодически напоминающий о себе урчанием в желудке. А одного взгляда на напарницу, мило общающуюся с Пабло Хуаресом ‒правой рукой дона Эрнандеса, являющимся по совместительству и его карманным киллером, хватало, чтобы злость начинала бурлить с новой силой.
Все в этой мисси пошло не так, как задумывал агент Грин. Лаки не только умудрилась встать «у руля» задания, но еще и всячески игнорировала все его указания. А это ее платье… Как же хотелось Дэвиду спрятать ее от взглядов похотливо раздевающих напарницу мужчин. Увести в спальню…
Внезапно, голод и злость ушли на второй план. Картины, которые нарисовало его подсознание, заставили Дэвида спешно переключиться на лицезрение интерьера обеденного зала. А посмотреть действительно было на что. Зала, выполненная в бело-золотых тонах, казалось, переносила в мир высшего общества XVIIXVIII веков, во времена балов и аристократизма: ручная лепнина на стенах и потолке, хрустальные люстры, мебель, золотые элементы и вкрапления, даже официанты в ливреях, казалось, являлись элементами декора. Все, кроме женщины в ярко красном платье, от которой Дэвид никак не мог отвести глаз.
***
Между тем, сама Лаки, вынужденная смеяться над лишенными даже крупицы юмора шутками Пабло Хуареса, завидовала возможности напарника исследовать обстановку не привлекая внимания окружающих. Ей самой такого шанса не представилось, ибо орлиный взор мистера Хуареса буравил собеседницу насквозь, следуя за ее взглядом попятам.
«Боже, даже пытки корейских спецслужб выдержать было проще, чем шутки этого доморощенного юмориста. Ну как можно быть таким симпатичным и таким скучным, – натужно смеясь над очередным «уморительным» высказыванием собеседника, думала Кассандра, – и правду говорят, что лучше жевать, чем говорить… Пожалуйста, ну съешь уже что-нибудь».
–
Мистер Хуарес, Вы сегодня что-то совсем ничего не едите? – улучив момент затишья в нескончаемом потоке слов Пабло Хуареса, умудрилась вставить реплику Кассандра, – Вам не нравится еда?
–
Никакая еда не сравнится с удовольствием беседовать с Вами, сеньорита Морозова, – ответил Хуарес, чем вызвал улыбку Лаки, которой за весь вечер едва удалось вставить пару фраз в их совместную беседу, – к тому же, дон Эрнандес лично просил меня не давать Вам заскучать.
«Так вот он, истинный виновник моих мучений. Что же, Алехандро, это я Вам еще припомню», – провожая взглядом сеньора Эрнандеса, покидающего обеденный зал в компании миссис Рассел и главы китайской Триады, строила план мести Кассандра.
Ужин подходил к концу. Гости, руша созданный хозяином вечера план, создавали собственные группы, один за другим выходя из-за стола или просто меняя первоначальное место рассадки. Лишь Кассандра не имела возможности поменять партнера. Пабло Хуарес, следуя указаниям шефа, вцепился в девушку мертвой хваткой, отваживая любого, кто имел наглость покуситься на, как он считал, собственность своего господина.
–
Прошу прощения, сеньор Хуарес, но я вынуждена вас покинуть. Даме нужно освежиться, – предприняла Кассандра попытку сбежать от занудных шуток Пабло.
–
Какой даме? – недоуменно оглядываясь, спросил он.
–
Мне, мне нужно освежиться, – наплевав на приличия, со скрежетом отодвинула стул Кассандра и ринулась, насколько ей позволяло платье, в уборную.
«Клянусь, если я вернусь, и он все еще будет там, я истрачу на него весь приготовленный для Эрнандеса транквилизатор, лишь бы больше не слышать, чем курица отличается от индюшки», – поправляя и без того идеальный макияж, пообещала себе Кассандра.
К тому моменту, когда Кассандра покинула уборную, по счастливому стечению обстоятельств, стул докучливого мистера Хуареса пустовал. Возблагодарив небеса за этот подарок, Лаки обратила взор на место, отведенное для телохранителей. Дэвида там не было. Подавив несвойственный Кассандре порыв предположить худшее, шпионка, в поисках партнера, начала сканировать зал.