–
Ну нет, ей мы ничего не сказали. Будь она здесь, возле тебя стояла бы сейчас толпа докторов, ежесекундно измеряющая температуру, давление и берущая разного рода выделения. Поверь мне на слово, наша Марджери стала жуткой наседкой, так что тебе же будет лучше, если она узнает о твоем ранении, когда ты полностью поправишься.
–
Проснулась, Засоня, – вошел в палату Ричард, – кто бы мог подумать, что ранение в плечо способно уложить тебя на больничную койку.
–
Помнится, кто-то почти месяц провалялся в больнице из-за царапины, – вступилась за подругу Рейчел.
–
И не напоминай. Кто же знал, что ржавый гвоздь может ранить сильнее пули, – поморщился Ричард.
–
Ладно, как бы мне не нравилось вспоминать с вами прошлые денечки, но нужно найти сына. Кажется, у него появилась пара требующих моего внимания синяков, – решила ретироваться Рейчел.
–
Рейч, он в столовой, – крикнул в след уходящей подруги Ричард.
Появление Ричарда так обрадовало Кассандру, что гнать его от себя она просто была не в состоянии. Да и решительное выражение лица директора Прескота, подсказало ей, что выгнать его навряд ли получится.
–
Ты прилетел, – тихо сказала она.
–
А как же иначе, – снимая обувь, ответил он, – как ты себя чувствуешь?
–
Что ты делаешь? – игнорируя вопрос Ричарда, спросила Кассандра.
–
Снимаю обувь…теперь подхожу к твоей кровати…ложусь рядом…, – последнюю фразу Ричард произнес Кассандре в ухо, удобно устроившись поверх ее одеяла.
–
Ричард, это неприемлемо, – попыталась отстраниться Кэс, но боль в плече не дала ей этого сделать.
–
Вот видишь, что значит нарушать наработанные за годы традиции.
Бог тебя наказывает, – видя, как морщится от боли девушка, пожурил Ричард, – разве я гнал тебя, когда ты заваливалась ко мне в кровать, когда я был на смертном одре.
–
Последний раз, когда я заваливалась на твое больничное ложе, тебе вырезали аппендицит. Поправь меня, но это сложно назвать «смертным одром», – прижалась она к Ричарду.
–
Как ты? – спросил Ричард, целую Кассандру в висок.
–
Я в порядке, – ответила Кассандра, – на этот раз я хотя бы поймала пулю не головой.
–
Еще не передумала работать в «поле»? У меня освободилось прекрасное место аналитика, ты, с твоими способностями, могла бы построить там головокружительную карьеру.
–
Ричи, мне не нужна карьера, по крайней мере, не карьера офисной крысы. Я «полевой» работник. Да и кто, уйди я на бумажную работу, будет закрывать нашего крестника от пуль?
–
Дэвид уже большой мальчик. Кстати, его жутко покоробило то, что именно ты его спасла.
–
Да ну, и что так? Теперь ему будет труднее меня ненавидеть?
–
Брось, он вовсе тебя не ненавидит. Так, слегка недолюбливает. К тому же, у него есть на то все основания. Он думает, что ты собиралась его хладнокровно пристрелить, – приподнявшись на локте, ответил Ричард, глядя в глаза Кэс.
–
Рич, ты же знаешь, когда ты так на меня смотришь…
Поцелуй, который и предвещали слова Кассандры, заставил девушку проглотить конец фразы. Губы Ричарда уносили прочь ноющую боль в плече, отвратительные воспоминания о том, что ей приходилось делать с Эрнандесом. Все было хорошо, все, кроме одного внушительного «но» ‒ отвечая на поцелуи Ричарда, она вдруг представила на его месте Дэвида.
–
Ричи, постой, – испугалась собственного видения Кассандра, – нет, мы не должны. Я очень хочу, но мы не должны.
–
Хорошо, – согласился Ричард, – тогда просто засыпай. А я, как рыцарь, буду оберегать твой покой, – поцеловал он Кассандру в макушку.
Сопротивляться Кэс и не собиралась – в объятиях Ричарда было так уютно и спокойно, что, потерявшая изрядную долю крови, Лаки, устроившись поудобнее, провалилась в сон.
***
–
Мам, я знаю, что она спасла меня, но несколькими минутами раньше, твоя разлюбезная Лаки хладнокровно выпустила мне пулю в лоб.
–
Поправь меня, дорогой, но обычно от таких ранений умирают, а у тебя даже следа не осталось, – наигранно осматривая сына, возразила Рейчел.
–
Магазин оказался пустым, но это никак ее не оправдывает. Видела бы ты ее злобное бессилие, когда она раз за разом нажимала на спусковой крючок, а выстрела все не было.
–
Ты сейчас ведешь себя как маленький обиженный мальчик, – начала злиться миссис Грин, – неужели ты всерьез думаешь, что не знай Лаки, что пистолет пуст, она бы стала стрелять в тебя? Но, даже если предположить, что ей плевать на твою жизнь, с чего бы она тогда полезла под реальные пули, чтобы спасти твою шкуру?
–
Не знаю, решила, поиграть в героя. Кто знает, что творится в голове этой женщины, – констатировал Дэвид, не найдя поддержки в лице матери.