— Ты объяснил Дане, что она ошибается, а она не поверила тебе? — предположила девушка.
— Нет, — покачал головой я. — Все гораздо хуже. Я не мог сказать Дане правду, ведь Лаувея просила меня никому не рассказывать, что она приходится мне матерью. И я понимаю её: это действительно грязная история. Ей тогда всего сорок лет было, а отец — ледяной великан из Йотунхейма, который просто напился и… ну, ты понимаешь.
— Да, это действительно ужасно мерзко, — не могла не согласиться девушка. — Если бы такое случилось со мной, я тоже не захотела бы, чтобы об этом кто-то узнал.
— Тогда ты поймешь, что двигало мной, когда я солгал Дане и сказал, что она совершенно права. Я подтвердил её предположение о том, что мы с Лаувеей встречаемся, чтобы спасти последнюю от позора и скрыть неприглядную правду. Я понимал, что после этого мы с Даной расстанемся, и мне было тяжело пойти на этот шаг, но я не мог поступить иначе. Я должен был спасти честь Лаувеи, ведь она очень хороший человек и не виновата в том, что так рано стала матерью.
— Печальная история, — девушка тихо вздохнула.
— Подожди, это ещё не всё. Той же ночью Дана улетела на одном из наших грузовых космических кораблей, не предупредив никого из команды. С тех пор мы её не видели. И знаешь, я в полной мере почувствовал, как сильно люблю её, только после того, как потерял. Она, вероятнее всего, решила, что моё чувство к ней было ненастоящим, раз я с легкостью променял её на другую, в действительности же я ни на минуту не переставал её любить и люблю до сих пор. Именно это меня и мучает. Я бы тоже хотел забыть Дану, но в то же время мне хочется и сохранить её в памяти, чтобы у меня остались хоть воспоминания о тех счастливых временах, когда мы были вместе. Это очень странные и сложные чувства, мне трудно их объяснить. Они несут не только боль, но и нечто другое, чему я не могу подобрать определения. Но это что-то доброе и светлое.
— Я понимаю тебя, — отозвалась девушка тихим печальным голосом. — Ты знаешь, мне тоже порой хочется вспомнить человека, которого я так сильно любила. Но я говорю себе, что воспоминания — это лишний груз на сердце, от которого я благополучно избавилась, и успокаиваюсь… почти всегда.
Какое-то время мы шли молча. В воздухе пахло хвоей, колючие ветви царапали мои плечи, под ногами хрустел валежник, сверху стекал большой ручей или даже, скорее, небольшая речонка.
Я смотрел на свою спутницу, полностью закованную в сталь. Мне очень хотелось попросить её, чтобы она сняла шлем, и я мог бы увидеть её лицо, посмотреть в её глаза. Но я не стал этого делать, опасаясь, что моя просьба покажется девушке чересчур дерзкой и это оттолкнет её от меня. В моём воображении образ моей новой знакомой вырисовывался как-то смутно и расплывчато, и в то же время я был твердо уверен в том, что девушка очень красива.
— Так, говоришь, ты не помнишь своего имени? — спросил я, в основном для того, чтобы прервать затянувшееся молчание. — И как же мне к тебе обращаться?
— Знаешь, я ещё давно придумала себе псевдоним и использовала его, мысленно обращаясь к себе — с людьми-то я не общалась. Я называла себя Стальная Дева. Это даже не столько из-за костюма, который я ношу практически всё время, сколько из-за моего душевного состояния. Но теперь мне кажется, что для позывного это слишком длинно. Поэтому можешь называть меня просто Сталь.
— У меня тоже есть позывной — Айсберг. Но так как его используют лишь члены Звездного Патруля, то зови меня моим обычным именем — Локи.
— Так что же ты здесь делаешь, Локи? — тут же спросила девушка.
— Сейчас гуляю по лесу и беседую с таинственной особой в металлическом костюме, — не удержался от сарказма я. — А по плану должен разыскивать секретную базу «Черного Квадрата». Они держат там Дэмиса, брата Рэйчел. Он, как и сестра, человек-оружие, и Лидеры надеются использовать его против Агентов Света.
— И как же ты собирался искать их базу? — поинтересовалась Сталь.
— В Дэмиса вшит датчик, собирающий информацию о его текущем местоположении и передающий её вот на это устрой… — я достал золотистый прибор, взглянул на него и замер от изумления: сигнал исчез, устройство не функционировало.
========== Дорога на север ==========
— В чём дело? — спросила девушка, заглядывая мне через плечо.
— Сигнал перестал поступать, — мрачно сообщил я ей. — Думаю, они обнаружили датчик и уничтожили его. Ума не приложу, что теперь делать.
— Я знаю, где находится база, и могу показать дорогу, — предложила Сталь.
— Может, просто скажешь координаты? Ведь я не должен спасать Дэмиса, а должен лишь сообщить Фригге, где находится база.
— Координаты я не фиксировала, так что точно сказать не могу. Придется лететь. О, вот мы и пришли. Это мой дом.
Строение, открывшееся перед моим взором, назвать домом можно было лишь с большой натяжкой. Оно, скорее, напоминало огромный шалаш, построенный из толстых веток.
— Что ж, довольно мило, — заметил я, чтобы не обижать девушку. К тому же, шалаш действительно выглядел уютным, хоть и не прочным.
— Я знаю, что ты подумал, — без тени обиды в голосе отозвалась Сталь. — На настоящий дом не тянет, согласна. Просто я здесь совсем недавно и ещё не успела обеспечить себя достойным жильём, так что пока живу в этом шалаше.
— А где твой космический корабль, на котором ты прилетела? — поинтересовался я.
— Сбили, — пожала плечами девушка. — «Чёрный Квадрат» сбивает все посторонние корабли, пытающиеся совершить здесь посадку. И мой не стал исключением.
— А как же ты выжила?
— В самый последний момент я успела выпрыгнуть из космического судна. По счастью, я была в костюме и благополучно приземлилась на планету.
— То есть, у тебя теперь даже нет возможности улететь отсюда?
— Ты прав. И я нисколько не жалею об этом, даже несмотря на опасных соседей. Здесь я, наконец, обрела свободу от людей и от привязанности к ним.
— Ты похожа на Дану, — заметил я, подавив печальный вздох. — Она тоже всегда мечтала о независимости. Однажды я читал её дневник, и мне в память врезались эти строчки: «Я хочу быть свободной, как вольная птица, чтобы никто на свете не мог удержать меня».
— И в самом деле, похоже, — согласилась девушка. — Я сейчас часто представляю себя птицей. Не зря Миранда стала моим другом. Миранда… — Сталь обернулась к птице, которая всё это время послушно шагала за нами, слегка прихрамывая: наверное, повредила лапы при падении. И вообще, на земле орлица казалась неуклюжей, неповоротливой и совсем не опасной. Её стихией было небо, только в полёте проявлялась её необыкновенная грация и удивительная, величественная красота крылатого хищника.
— Послушай, Миранда, мне придется улететь ненадолго, тут ничего не поделаешь, — произнесла Сталь, поглаживая птицу по пестрым, блестящим на солнце перьям. — Ты же справишься тут без меня, правда? Я скоро вернусь, обещаю тебе. Ты дождешься меня?
Словно бы в ответ на слова девушки, орлица вдруг выпрямилась и наклонила правое крыло вниз, сделав его похожим на трап.
— И что это значит? — спросил я у девушки, нисколько не сомневаясь в том, что она прекрасно понимает своего пернатого друга.
— Невероятно, — прошептала Сталь, в изумлении глядя на Миранду. — Она, несмотря на ранение, хочет отправиться вместе с нами. Более того, она приглашает нас лететь верхом на ней. Ты уверена, что у тебя хватит на это сил, Миранда?