В последнее время меня одолели страшные мысли. Поэтому я прошу тебя, Вероника, позаботиться о моем ребенке, если со мной что-то случится. Я не прошу тебя стать ему матерью, но он должен знать, что у него хоть кто-то есть в этом большом мире.
Если мне не суждено будет воспитать своего ребенка, то расскажи ему обо мне, когда он станет взрослым. Не хочу, чтобы он (или она) думал, что я непутевая и родила неизвестно от кого. Скажи ему, что я очень любила его отца. Отца ребенка ты прекрасно знаешь – это Захарий, который открыл в нашем селе швейную фабрику».
Вероника была потрясена. Она не стала дочитывать письмо, засунула его в карман.
– Тетя Валя, – сказала она, – простите, но мне надо срочно уехать.
– Что случилось? – спросила удивленная женщина.
– Я все вам объясню, но не сейчас, потом, – ответила Вероника и заспешила.
Едва успев вернуться в город, Вероника набрала номер Захария.
– Вероника?! – удивился он, услышав ее голос. – Ты?
– Я. У меня для тебя есть новость, – сказала она. – Быстро пришли за мной машину на вокзал.
Захарий был удивлен поведением женщины. Раньше она посылала его куда подальше, а тут сама позвонила, приехала, вошла в дом и села за стол напротив него.
– Ты помнишь Ульяну из моей деревни? – спросила она и внимательно посмотрела ему в глаза.
– Какую Ульяну?
– Сидоренко, с которой ты встречался, когда шил свои джинсы.
– Сидоренко? Распространенная фамилия. Может, и знаю. Разве я помню всех, с кем там встречался? – насмешливо произнес Захарий.
– А ты напряги память, – настаивала Вероника. – Не так уж и много было у тебя девушек с большим животом!
– С… С каким животом? Что ты мелешь? – буркнул он.
– Ты встречался с Ульяной, моей соседкой, она была красивой худенькой зеленоглазой девушкой, – сказала Вероника. – Вспомнил?
– Кажется, да.
– Так да или нет?
– Ну, помню, помню! И что из этого?
– Бери, читай! – Вероника положила перед ним письмо Ули.
Захарий начал читать, и выражение его лица стало меняться с каждой минутой. Руки мужчины мелко дрожали, а лицо от волнения покраснело.
– Что с ней? – спросил он, все еще всматриваясь в строки письма.
– Уля умерла в тот день, когда родила, а письмо я нашла только сегодня. – Вероника вздохнула. – Кстати, она родила мальчика и девочку.
– Где они сейчас?
Вероника рассказала, как сначала ездила к детям, а потом потеряла их след и не смогла найти.
– Получается, у меня есть сын и дочка, – задумчиво произнес Захарий. – А я мучился, что у меня нет детей. Ты смотри, как бывает, то ни одного ребенка, то сразу двое. – Он улыбнулся и вытер пот со лба.
– У тебя много влиятельных знакомых, – продолжила Вероника. – Думаю, что тебе будет легче их найти.
– Как их зовут?
– Сидоренко Тимур Захарович.
– Как?! – Захарий вскрикнул и подскочил с места.
– Тимур, а девочку звать Диана. Ты… Ты знаешь, где они? – догадалась Вероника, увидев, как от волнения румянец сначала залил его лицо, потом сошел.
Захарий побледнел и схватился за голову.
– Захарий, ты знаешь, где они? – допытывалась Вероника.
– Вероника, уходи, – глухо сказал он. – Я не знаю, где они, но, когда найду, обязательно тебе сообщу.
– Ты что-то скрываешь.
– Машина ждет тебя, – напомнил он.
– Позвони мне, – попросила Вероника и ушла, не попрощавшись.
…Взволнованный Захарий Ефремович ворвался в свой клуб и с порога спросил Сеню:
– Где Тимур?