В двери кто-то легонько постучал. «Ничего себе! – подумала Диана и улыбнулась. – Явно у нас с Тимуром богатый и влиятельный покровитель, если медперсонал не входит в палату без стука».
– Войдите! – крикнула она.
Врач принес тяжелый пакет, поставил его около тумбочки.
– Это приказали купить для вас, – сказал он, приветливо улыбнувшись, и сразу начал осматривать больную.
– Может, вы все-таки признаетесь, кто вам приказывает сдувать с меня пылинки, – спросила Диана уже без надежды.
– Голубушка, я не раз говорил, что этого никто не знает: ни я, ни заведующий отделением. Лучше скажите, что вас беспокоит?
– Ничего. Я чувствую себя хорошо. Меня скоро выпишут?
– Вам у нас не понравилось? Что-то не так? – обеспокоенно спросил врач.
– У меня уже бока болят от лежания в постели.
– Если так, то завтра сдадите все анализы. Надо убедиться, что у вас все нормально.
– Какие анализы? – спросила Диана, при этом ее голос слегка задрожал.
– Анализы крови…
– Крови? – переспросила Диана.
– Да, крови. Вы боитесь укола иглы в вену?
– Доктор, – взволнованно сказала Диана, – я хочу сегодня же выписаться из больницы. Подготовьте мне, пожалуйста, эпикриз, пока я соберу свои вещи.
– Но, – мужчина удивленно развел руками, – я не могу вас выписать, не убедившись…
– Тогда напишите, что больная самовольно покинула отделение.
– Мне может за это влететь.
– Тогда идите и подготовьте выписку, – сказала Диана. Она решительно поднялась с кровати и принялась бросать свою одежду в пустой пакет. Врачу ничего не оставалось, как выйти из палаты.
Диана явно нервничала. Конечно, она не собиралась долго задерживаться в больнице, чтобы не потерять форму. Слишком тяжелым был ее путь на подиум от простого стажера до супермодели, а затем и топ-модели. О том, как нелегко ей дались эти ступеньки вверх, никто не знает, даже Тимур.
«Надо зайти к брату в палату, – подумала Диана, переодеваясь, – и сказать, что я выписалась».
Диана подошла к зеркалу, по привычке бережно и тщательно расчесала длинные волосы, стараясь не затронуть еще ноющие шрамы от швов на затылке. Конечно, у нее появилась синюшность под глазами, талия стала шире, а лицо бледнее, чем обычно. Но это все можно исправить. Главное, чтобы Тимур не узнал причину ее спешки. А если врач ему все расскажет? Придется признать, что сама настояла на выписке. Причина? Надо как можно быстрее привести себя в форму, чтобы не сорвать намеченную презентацию портфолио для одного известного заграничного глянцевого журнала. Если все пойдет по плану, будет авторская фотосессия, фото на обложке, а это – деньги. Им очень нужны деньги. У них с Тимуром большие планы на будущее, а для этого необходима немалая сумма. И хватит надеяться на какую-то тетю Веронику. Она предала ее детские мечты, грубо все перечеркнула. Теперь к своей мечте она идет самостоятельно. Нет, не совсем. Тимур – ее опора. Для сестры он готов свернуть горы. Значит, и она должна оправдать его надежды. Она никогда не поступит так, как когда-то мама-тетя Вероника.
Глава 27
Утром Никита решил не идти на занятия в институт. Он старательно учился, посещал все лекции, ходил на практические занятия, по вечерам сидел над учебниками, а потом работал в Интернете, пытаясь почерпнуть для себя что-то новое и нужное. Он ясно осознавал, что знания нужны ему не для того, чтобы получить «красный» диплом, а для него самого. Уже не один год его семья идет к цели: открыть для сына собственную клинику. Конечно, одного диплома для этого будет маловато, нужны более опытные и квалифицированные специалисты. Он найдет таких людей, если будет помещение, современная аппаратура, лицензии и, конечно, его знания. Отец и мать пропадают на работе, приближая его мечту.
Все это Никита понимал, но сегодня утром почувствовал усталость и опустошенность. Впервые не хотелось вставать с кровати, бежать в ванную, чтобы принять бодрящий контрастный душ, толкаться в переполненном троллейбусе, чувствуя себя селедкой в бочке, сидеть на парах. Хорошо, что родители уже ушли из дома. Никита накрыл голову подушкой, пытаясь изолироваться от уличного шума и немного поспать. Он пролежал полчаса или больше, но так и не заснул. Хотел понежиться еще немного в постели, но не было того ощущения приятного изнеможения, как в детстве, когда просыпаешься утром и понимаешь, что сегодня выходной, не надо оставлять теплую постель, а можно просто валяться вволю под одеялом.