— Нет же, говорю Вам! У меня в жизни фактически нет поводов для беспокойства.., — заерзал мужчина на стуле.
«Тогда точно к психиатру, я тут, кажется, бессилен»
— И тем не менее. Вы принимаете какие-то препараты? — последняя попытка нащупать причину.
— Ну… Да. Вориконазол пью, — уставился мужчина на врача. — Кандидоз пищевода у меня… Только при чем тут это?
Юра встрепенулся. Всё же крест на себе ставить рано. Он был практически уверен, что причина всех бед найдена. Причем, за 5 минут.
«Журнал Infection, 2004, 2005 год, две статьи о слуховых и зрительных галлюцинациях у пациентов, принимавших противогрибковый препарат Вориконазол»
— Я так понимаю, Вам его назначил лечащий врач? Мой Вам совет: позвоните ему сейчас и попросите заменить лекарство. Это средство, насколько мне известно, способно вызывать психические расстройства подобного рода. Фиксировались случаи. Я не рискну сам менять Вам препарат, так как анамнез мне не известен. Позвоните прямо при мне.
Юра откинулся на спинку стула и демонстративно сложил руки на груди, показывая, что он готов подождать, а затем в пол-уха слушая разговор пациента со своим врачом.
14:45 От кого: Санёк: Юрец… Тут это…
«Что?»
— Итраконазол предложил, — растерянно взглянул мужчина на Юру. — Сказал, что да, нечасто, но галлюцинации возможны…
«Странно, что не назначает препараты первой линии», — мелькнуло у Юры в голове. В его тумбочке, впрочем, найдется разное.
— Вам повезло, — положил перед ним бело-зеленую коробочку. — Надеюсь, сегодня, на худой конец, завтра, Вам станет спокойнее и видения уйдут. Дозировку и частоту приема Вам назвали?
Мужчина кивнул. Взял коробочку и, рассыпаясь в благодарностях, вышел в дверь.
Что там у Санька?
14:52 Кому: Санёк: Что?
14:55 От кого: Санёк: Ты просил написать, если что. Вот – пишу. Кофе пьют.
«Твою мать!»
Халат полетел прямо на стул. Кто бы сейчас в дверном проеме не нарисовался – у него законный обеденный перерыв. К несчастью для врача, кабинет удалось покинуть беспрепятственно и также беспрепятственно пересечь коридор, ведущий в лобби. Он встал как вкопанный в двух метрах от выхода в зал: с этой точки все прекрасно просматривалось.
Его пока еще девушка сидела за столиком и мило улыбалась, судя по знакомому затылку, Олегу Павловичу. Она была настолько сосредоточена на беседе – тело подалось вперед, во взгляде мерцали огни, – что совершенно не замечала врача, хотя тот смотрел на нее в упор, глаза подними. На столе в стеклянной вазочке стоял маленький букетик садовых роз. В целом, создавалось такое впечатление, что если прямо сейчас подойти и встать в полуметре, они его не заметят.
«Вот что за встречи с 13 до 15 у тебя, значит…»
В ушах зашумело, перед глазами поплыло, мозг парализовало, ноги словно свинцом налились.
«У меня просто непростой период… Дай мне немного времени…»
«А этот что? Не покорил твое сердечко?»
«Ты считаешь эти отношения ошибкой? — Я не знаю»
«Радуйся, Юрец, не понаставили тебе пока рогов…»
Всё указывает на то, что понаставили. Вот прямо всё на это указывает! А вишенкой на торте – вся её ложь о том, куда и зачем она ездит.
Хотелось бить.
Юра перевел взгляд на Санька. В отличие от Ксении, тот его ждал, потому что взгляд сразу перехватил и еле заметно качнул головой, показывая, что сказать ему больше нечего. Прошелся глазами по залу и обнаружил за одним из соседних столиков Оксану. Еле справляясь с охватившим его негодованием, врач вышел в лобби и решительным шагом направился к девушке – прямо мимо управляющей со своим, прости Господи, «другом». Ксения, наконец, подняла глаза, но Юра сделал вид, что этого не заметил: он смотрел прямо перед собой.
— Добрый день, Оксана, — выдавил он из себя вежливую улыбку, — Как Ваша мигрень? Не беспокоит?
— Здравствуйте, Юрий Сергеевич, — приветливо улыбнулась та в ответ, — Вы знаете, нет, вот уже четыре дня, как нет. Ваша схема, что бы Вы мне не говорили, отлично работает.
— Рад слышать. Я немного переживаю из-за вчерашнего, — «Ничуть», — Хотел убедиться, что Вы не держите на меня зла и не желаете сварить в адском котле.
Девушка рассмеялась. Достаточно громко, то, что нужно.
— Нет, что Вы… Я всё прекрасно понимаю. Обычно люди начинают юлить, я благодарна Вам за прямоту. Правда, Вы сказали, что у Вас занят вечер, а сами больше часа в одиночестве просидели, — она с шутливым укором в глазах смотрела на врача.
«Ты до этого не опустишься…»
— Иногда планы меняются, — повел он плечами. — Что ж, хорошего Вам дня. Не смею больше задерживать. Всего доброго.
— Юрий Сергеевич, а если бы Вы были свободны? — кинула Оксана ему в спину. — Вы бы согласились?
Юра бросил короткий холодный взгляд на Ксению, от благодушного настроения которой, судя по выражению ее лица, и следа не осталось.
— Если бы я был свободен, — улыбнулся врач краешками губ, — То вряд ли смог бы Вам отказать.
— Спасибо, утешили, — рассмеялась Оксана, — Я уж думала, неужели со мной все настолько плохо?
— С Вами все в полном порядке, Оксана, не переживайте. Но не в моих правилах дурить голову и дарить пустые надежды.., — произнес он самую малость громче, чем следовало, что б уж наверняка долетело до всех, кому предназначалось. — Вы этого не заслуживаете. Никто не заслуживает. Хорошего дня.
— И Вам.
«Мой день уже ничего не спасет. Но спасибо»
15:36 От кого: Санёк: Вот это представление ты устроил… Я, правда, не сразу понял.
15:38 Кому: Санёк: Главное, что понял. Зайду вечером.
15:45 От кого: Ксения: Что это было?
«Это я у тебя должен спрашивать, тебе не кажется?»
15:51 Кому: Ксения: Приходи, как на меня время найдешь, объясню.
Спустя два часа Ксения вошла, как всегда без стука, в его кабинет. Он уж и не ждал. Два гребаных часа ей понадобилось, чтобы урвать минутку в своем невероятно загруженном графике. Или чтобы с духом собраться. Хотя судя по выражению ее лица, собраться она все же не пыталась.
— Оооо, Ксения Борисовна? Вы все-таки дошли? Решили вспомнить о моей скромной персоне? Спасибо, — Юра сидел на своем стуле в излюбленной своей закрытой позе, скрестив руки на груди, транслируя хладнокровие за периметры здания. Свою уязвимость в этот момент он ей не покажет ни за что, пусть хоть хляби небесные разверзнутся, пусть хоть небо на землю упадет.
Управляющая недоуменно уставилась на врача:
— Юр, в чем дело? Мы договаривались о вечере, ты забыл?
— Ну да, ты сказала, раньше не получится, ведь у тебя чертовски загруженный день… Я и вижу. Принимать букеты, гонять кофе, кокетничать и чуть ли не за ручки держаться со своим, как ты его назвала, «хорошим знакомым» у тебя время есть, а на то, чтобы с собственными отношениями разобраться… Это может подождать.
— Ты что, ревнуешь? Это была деловая встреча, мы обсуждали сотрудничество между «Грандом» и его конным клубом! Что ты себе успел напридумывать!? — Ксения смотрела на врача круглыми глазами.
— Да ну!? Слишком тепло обсуждали, как посмотрю. А букетик – это, видимо, чтобы тебя задобрить, вдруг не выгорит, да? — Юра встал со своего стула, уперся ладонями в стол и тяжелым взглядом посмотрел на нее, — «Если уж говорить, то всё, если расставлять, то точки, а не троеточия», — Знаешь, Ксения, последнее время я вообще перестал замечать хоть какие-то признаки того, что все еще тебе интересен. У тебя работа, «непростой период в жизни», сомнения, метания, поездки какие-то, по поводу которых ты мне врешь в глаза. Да я вообще не знаю, где тебя носит и почему ты так упрямо это скрываешь.
«Где-то это я уже слышал… Кажется, я сам это и говорил»
Она вздрогнула, явно узнавая посыл, но глаз не отвела.
— Юра, у меня тоже есть своя жизнь! Я тоже живой человек со своими проблемами! И от тебя прошу всего лишь немного времени. Чуткости! Немного внимания и понимания! Я тебе уже однажды об этом говорила, помнишь?
«Я точно это слышал. Фактически слово в слово…»
— Да? На какую такую чуткость и понимание ты рассчитываешь? Ты боишься каких-то граблей, придумала себе какие-то ожидания, сомневаешься в нас, мотаешься где-то, мне говоришь неправду, не доверяешь и считаешь, что я должен в ответ продемонстрировать понимание и чуткость!? Да, не смотри на меня так, Лев сказал, что последний месяц не отправлял тебя в город, Ксения. Ты всё это время меня обманывала. Отсюда вытекает очень логичный, очень резонный вопрос. Зачем?