— Я тебе кадык вырву… — нарочито громко сказал он и закашлялся.
— Лапы в гору, урод! — прорычал Курт громче.
Пока Леший кашлял, согнувшись пополам, ему удалось осмотреться внимательнее и отыскать довольно крупный кусок щепки. Что ж, достойное оружие! В такие моменты главное не тянуть. Это в фильмах и книгах героям нужно обязательно поговорить и выяснить отношения, а в жизни… В жизни слишком мало времени на всю эту лирику… Он еще пару раз особо сильно, до хрипоты закашлялся и, внезапно разогнувшись, перенося вес на здоровую ногу, метнулся вперед. Сделал он это так быстро и внезапно, что Курт еще даже не успел ничего понять, а деревянный осколок вонзился ему точно в горло. Руки, подбитые ударом снайпера, опустились, и раздался выстрел. Леший навалился на вояку всем весом и, хрипя, вонзился пальцами в разорванное горло противника. Курт в последний момент напряг все мышцы, используя дар силача, но это его не спасло.
— Не смей целиться в мою девушку! — рычал он, ломая и выдирая Курту горло.
Вояка, хлеща кровью в разные стороны, подергался несколько секунд и затих, а Леший повалился от прострелившей ногу боли на землю.
— Тихо, родной, тихо, — шептала девушка, роняя на него слезы, размазывая грязь по лицу руками.
Леший улыбнулся, вновь проваливаясь в черноту, теряя сознание.
В следующий раз очнулся он уже на удивление в более лучшем состоянии. Нога хоть и болела, но не так сильно, да и в целом тело вело себя не так, как до второго отключения. Даже как–то сил прибавилось. Он осмотрелся и увидел сидящего рядом Альберта. Остановив взгляд на ученом, снайпер взревел, кинувшись на него. Ученый от неожиданности повалился на землю, а на спину Лешему навалилась Анжелика.
— Успокойся, тихо–тихо! — кричала она, пытаясь остановить мужчину, который вцепился Альберту в шею, желая повторить недавний прием.
Расслышав голос девушки, снайпер слегка ослабил хватку.
— Он помог тебе, — быстро стала объяснять ситуацию Анжелика. — Он же лекарь. Курт его тоже в заложниках держал, я его нашла и он вылечил тебе ногу…
Снайпер недоверчиво скосил глаза на синеющего ученого и, что–то прикинув в голове, отпустил.
— Автомат, — зло прорычал он, и, когда девушка протянула ему его оружие, уже более спокойно потребовал от Альберта, который пытался откашляться, рассказать, что произошло.
Оказалось, что как только началась атака, Курт отвел ученого в сторону и, так как он был противником того, чтобы убивать Лешего, Кнехта и Анжелику и мог помешать ему своим отводом глаз, вырубил, связал, спрятав неподалеку. Затем, когда Леший потерял сознание, захватил в заложницы и девушку. Выслушав ученого, Леший потребовал срочно продолжить его лечение, потому, что в таком состоянии он не мог вести нормального боя. Ученый тяжело вздохнул и вновь принялся за врачевание, вливая в тело снайпера всю свою энергию, белея и слабея на глазах.
Четыре металлические болванки падали на бетонную площадку, словно в замедленной съемке. Старший отряда, закованный в черную броню, смотрел на них расширившимися от страха глазами, напрягая все тело для рывка назад. Остальные члены отряда также кинулись под прикрытие танка. Никто из них в порыве испуга не заметил, что гранаты находятся не в боевом положении….
Сержант оскалился. Для него восприятие еще не ускорилось до нормального времени и потому он мог позволить себе миллисекундный отдых. Огромный кулак, преодолевая густой воздух, опустился вниз, на ствол танка, который гулко отозвался на соприкосновение с бронированной перчаткой. Кнехт постарался вложить в этот удар всю силу и мощь своего слабеющего тела, добавив еще и вес. Внутри башни что–то скрежетнуло, начало гудеть и щелкать. Бросившись в сторону, накрывая стеклянный гроб своим телом, великан на лету попытался сосредоточиться на внутреннем «я». Тугая волна страха и ужаса разлилась по окрестностям, проникая под шлемы внешников, пронизывая броню танка, забираясь людям под черепа, вызывая у них небывалый приступ паники и ужаса. За спиной раздался оглушительный взрыв. Танк выстрелил. Снаряд разорвался, ударившись о землю, вновь оглушив сержанта, засыпав его шрапнелью бетона. Тряся головой, клонясь в сторону, морщась от боли в израненном теле, он все же смог подняться, чтобы второй раз ударить по противникам ментальной волной. Трое из них уже лежали на земле с окровавленными лицами, но старший группы, как и полагается, оказался более сильным. Он, трясущимися руками поднимал автомат, направляя его на гиганта. Рвануться вперед сержант уже не успевал. Слишком мало сил осталось в теле. Он качнулся в сторону, прикрывая собой «гроб», в котором лежала самая дорогая в его жизни девушка, готовясь к смерти. Одна часть мозга еще перебирала возможные варианты спасения: повернуться боком, минимизировать площадь поражения, подставив менее жизненно важные органы под выстрелы; выхватить с пояса мачете и метнуть его вперед; укрыться за саркофагом… Но вторая часть уже поняла, что на все это нужно время, а оно уже ускорилось до обычного, и сержант просто–напросто ничего не успеет…