Сержант тем временем смог справиться со второй. Он оттянул монстра подальше, смог упереться в него ногой, с силой пнул тварь в грудь. Та отлетела на несколько метров и шлепнулась о дерево. Кнехт схватил с пояса огромный гранатомет револьверного типа, направил на монстра и выстрелил. «Бумк» сказал револьвер, и 40‑миллиметровая осколочно–фугасная граната, вырвавшись из ствола, ткнулась в голову мутанта. Раздался взрыв. Округу осыпало градом осколков. Один из них пролетел совсем рядом с Лешим, который, не опустив автомата, целился в здоровяка. Тот, тяжело дыша, опустив руку с гранатометом, который в его лапище смотрелся словно пистолет, тяжело шел к нему.
— Очухался? — убирая в кобуру оружие, подняв уцелевшую руку, прогудел великан. — Надо поговорить…
— Да уж, — плюнул Леший, опуская автомат… — Надо…
Глава 8. «Байкеры».
— Где мы? — пересохшими губами проговорил Леший, пытаясь отыскать на поясе флягу.
— Да хрен знает, — ответил сержант, почесывая затылок. — Ты когда вырубился, туман этот сраный опять появился. Ну, я тебя на горб, сумки в руки, этого на шею и бежать. Еле успел, а тут эти, — он указал на тела монстров. Тут же шлепнул себя по подсумкам, словно что–то вспоминая, отыскав бумажку, которую Леший давал ему при рассказе о Стиксе, поднял в направлении трупов. — Так–так… — задумчиво вглядывался он в мятые листочки. — Нет, нет, не похож. Во! — воскликнул он радостно. — Топтуны!.. Приятно познакомиться, — довольно улыбаясь, сунул он брошюрку в подсумок и протянул фляжку снайперу.
Леший поднял бровь, вопросительно глядя на великана. Тот пожал могучими плечами, сморщившись при этом, потер раненую руку и объяснил, что после таких нагрузок у него откат не хилый, пить нужно много и перекусить бы тоже не мешало, и тут же откуда–то из–под брони великана пришел утробный рык. Леший поднялся, приложился к фляге. Живительной влаги в виде обычной охлажденной воды в ней осталось на донышке, но смочить пустыню, расположившуюся внутри, ему удалось.
— Это что там было такое? — сняв с пояса из–за спины отрывную аптечку, задал вопрос снайпер и, отыскав пару таблеток, закинул их в рот, передернув плечами от горечи лекарства. — Ты телепат какой–то?..
Великан виновато опустился на колено рядом, начав колупаться в своем безразмерном рюкзаке, обвешанном различными подсумками.
— Объяснить точно не смогу, — начал он, немного подумав. — В общем, эта хреновина, которая во мне сидит, какую–то частоту использует особую, что–то там с вибрацией связано, то ли 7, то ли 8 герц, ну, в общем, ее называют частотой ужаса. Так вот, вирус этот помогает моему телу вибрировать на нужной частоте, посылая эту самую волну. Но сил на это уходит — ка–а–апец сколько, — великан махнул ребром ладони над головой.
Он наконец–то отыскал спрятанную аптечку и достал первый из оставшихся шприцов. Покачал на руке, прислушался к организму и, печально вздохнув, неуклюже, но аккуратно ввел иглу в сгиб локтя, выдавил содержимое. Некоторое время великан сидел с закрытыми глазами. Леший видел, как вены на теле здоровяка вздулись одна за другой, и ему показалось, словно они озарились таким же ядовито–зеленым свечением, как и сама жидкость в шприце. Великан набрал полные легкие воздуха и выпустил его через сжатые зубы.
— Хорошо, — блаженно улыбнулся он.
Леший тихо выругался.
— Мде–е–е наркоман–сектант какой–то…
Он молча полез в свои баулы, выкладывая снаряжение. Им так и не удалось нормально переупаковаться из–за случая в лесу.
— Не сектант я, — ответил здоровяк, как показалось Лешему, даже слегка с обидой в голосе. — Говорю же, не понять тебе… В это нужно просто верить… Вот ты во что веришь?..
Леший медленно распрямился. Глянул исподлобья и, не спеша, вынул свой катран. Покрутил его в руке, демонстрируя.
— Вот он — символ моей веры!.. — сержант нахмурился при виде оружия. — Это символ веры в то… что колбасу легче резать ножом, а не ломать ее руками… Вот во что я верю.
Кнехт какое–то время сидел, не понимая, что произошло, а потом разразился таким громким смехом, что смог перекрыть раскаты грома после молнии.
— А ты смешной!.. — сквозь слезы, хватая воздух грудью, смог выдавить из себя великан.
— И ты потому тоже съешь меня последним?.. — доставая сухарный подсумок с провизией, кинул Леший, вспоминая, как подобное он не так давно говорил Кастету. — Тогда в очередь…