— Мне нужно знать, на что я могу рассчитывать, начнись тут заварушка…
— Я меткий, — наконец–то ответил Курт, глядя в глаза снайперу, — и сильный, — перевел он хитрый прищур на великана. — Плюс еще пара умений, сенс, могу в радиусе 50 метров любой биологический объект обнаружить крупнее собаки, и чревовещатель…
— Это как? — удивился Леший. — С закрытым ртом говоришь?
— А это так, — донесся из–за спины снайпера голос сидевшего перед ним военного, — могу голос, — донеслось слева, — из любой точки воспроизвести, — а это уже откуда–то сверху.
— Круто, — одобрительно покивал снайпер.
— У меня слабенькие дары…Я лекарь и скрыт, но прокачен не сильно, — робко поднял руку ученый, — точнее отвод глаз…
— Так вот почему ты так забавно шел к нам там, у озера, — озарился догадкой великан, — а я еще думаю, слепой что ли, руки вперед выставил…
— А на вас разве не подействовало?! — изумился ученый, поправив очки.
— Неа, — ухмыльнулся гигант, выдергивая из–под девчонки свой рюкзак. — На нас такое не работает.
— Интересно, интересно, — пробурчал Альберт, заинтересовавшись феноменом. — У меня есть теория по поводу личностных даров…
— Да, да, слышали, — вспомнил разговор с Кабаном снайпер и задумался, а не институтский ли он засланец и не он ли навел на их след эту шайку–лейку?.. — На тварей это работает?
Шульц покивал головой, но пояснил, что чем больше существ, на которых воздействует его дар, тем на меньшее время его хватает, и к тому же ему необходимо видеть цель, или хотя бы понимать, где она находится. Однако пообещал, что на десяток кусачей, к примеру, дара хватит секунд на тридцать, а пара руберов или элитник секунд десять их не будет замечать в упор. Снайпер вновь почесал лоб. 10 секунд с одной стороны не так уж и много, но с другой этого достаточно, чтобы спрятаться, выстрелить или придумать иной способ спасения.
— Ну что ж, — наконец–то решился Леший, нервно осматривая широкую улицу, забитую автомобилями, из придорожной канавы, в которой засел отряд, — надо двигаться, скоро стемнеет и нужно отыскать место для ночевки.
Снайпер первым проскользнул между остовами ржавых автомобилей и замер на противоположной стороне, скрывшись в тени карниза какого–то магазина. Следующими двинулись профессор и Анжелика, а за ними такой же тихой тенью прошуршал Курт, сержант шел последним.
Город гудел и стонал от боестолкновений, шедших где–то в глубине. До ушей постоянно доносились раскаты грома пушек танков, рокот винтов вертолетов, заливистые трели автоматов и басовитое тявканье пушек и пулеметов. Изредка в эти звуки вмешивался рев огромных мутантов и еще реже крики людей.
Группа двигалась неспешно, перебегая от укрытия к укрытию. Иногда Леший разворачивал отряд, натыкаясь на людей в бело–синей или серой камуфлированной форме. Пару раз они наткнулись на здоровенных руберов, но ученый, на удивление, быстро реагировал и отводил тварям глаза. Через час пути профессор и вояка уже едва передвигали ногами, ежеминутно прикладываясь к фляге с живцом. Умение военного тоже пригодилось. Он загодя предупреждал снайпера о приближении к ним тварей или людей. Ученый выглядел совсем плохо. Белое лицо, мешки под глазами, прерывистое дыхание и плавающий взгляд. Девушка подставила ему свое плечо, практически взгромоздив тело Шульца на свою хрупкую спину, и отряд начал двигаться намного быстрее.
Когда солнце коснулось горизонта и по традиции стало превращаться в черный светящийся шар, Леший предложил группе начать искать убежище. Идти в темноте по незнакомому городу, с балластом за плечами он не рискнул, хотя будь он один, то непременно воспользовался бы мраком и проскочил город незаметно.
В качестве ночевки выбрали высотный дом, в котором, по заверению Курта, находилось несколько пустошей, запертых на разных этажах. Отыскали квартиру, выходящую окнами в сторону холма, с которого они пришли, глухой стеной к центру города. Западная сторона дома была густо испещрена прилетевшими в нее крупнокалиберными пулями и снарядами, а восточная при этом оставалась более–менее целой. Окна в квартире на третьем этаже, которую Леший выбрал для ночевки, были выбиты, осколки стекла разлетелись по всем комнатам. Двери, ведущие в квартиру, массивные, железные, были открыты. Щелкнув замком изнутри, снайпер расслаблено выдохнул.
— Тесновато, — посетовал великан, едва втиснувшись в дверной проем, заняв позицию со своим пулеметом у окна в кухне.
Сержант занимал почти всю небольшую комнатку, которую по традиции хозяева обставили так, что и простому–то человеку по ней передвигаться было бы тяжело, и потому, прежде чем гигант оборудовал себе здесь огневую точку, группе пришлось, изрядно попотев, вынести всю основную мебель. Единственное окно кухни, не имевшее балкона, выходило на север, и в пробитые в стене дыры Кнехт мог просматривать часть города, где шел бой, а также тот район, куда им утром предстоит отправиться. Город оказался вытянутым с запада на восток, и потому пройти его Леший планировал за несколько часов. Сегодня они смогли пройти всего 3–4 квартала, но, возможно, завтра им повезет больше и они наконец–то покинут это место.