В конце концов, Тиара просто согласилась, и прикрепила двойное седло. Она уже поняла, что с этой девушкой спорить совершенно бесполезно, а еще больше времени на разговоры у них не было. Она чувствовала, что нужно улетать отсюда как можно скорее, но не понимала почему. Что-то здесь было не так, что-то особенное, но она не могла это разглядеть за всей кашей времени, что сотворила Рюс.
Из-за ветра и скорости передвижения, глаза сощуривались в тонкие щелки и покрывались пеленой слез. Волосы, наспех заплетенные в косы, все равно гуляли волнами то вправо, то влево, не мешая этим, но сильно раздражая. Руки и ноги окоченели из-за прохладного ночного воздуха, ведь плотной одеждой для полетов они тоже не запаслись. Спустя пару часов Тиара была даже отчасти благодарна за теплое тело, прижимающееся к ее спине.
Лететь еще дальше ночью не было никакого смысла, ведь завтра будет еще целый день, а варану нужно время на отдых. В отличие от дракона, он не настолько быстр и вынослив. Поэтому, спустя еще час ночного перелета, они решили спуститься и хотя бы немного поспать, укрывшись в деревьях.
У обеих сил не оставалось ни на что, кроме как прислониться к теплым перьям и закрыть глаза. Только Рюс успела вяло пробурчать фразу перед тем, как провалиться в сон:
- Завтра, ты обязана рассказать мне все завтра.
Но отдых вышел недолгим, беспокойным и наполненным неопознанными неприятными ощущениями. Короткие сны будоражили сознание, переворачивали, скручивали и выплевывали в реальность измятыми. Просыпаясь от каждого шороха, Тиара ясно ощущала, что это пространство опасно и враждебно, но почему именно, поняла лишь за пять секунд до почти случившейся катастрофы.
Она подскочила, схватила Рюсилею за шиворот, закрыла ей рот, подавляя крик, и нырнула в ближайший кустарник. Шипы неприятно оцарапали кожу даже сквозь одежду, но сейчас был не тот момент, чтобы замечать подобные мелочи. Время, вот что не давало ей покоя. Странное, искаженное время, с которым она еще ни разу не встречалась. Кто это был, и чего они хотят? Зачем преследуют, и почему именно их? Неужели еще остались те, кто знают, кто они такие?
Она наспех сотворила иллюзию времени будущего для этого несчастного, но к счастью подвернувшегося кустарника. Оставалось только надеяться, что незнакомцы не станут копать между слоями, не догадаются. А если и догадаются, то намного позже, когда девушки уже успеют отсюда уйти. Сейчас, для всех остальных, кроме двоих, что прижались к земле, едва дыша, это был самый обычный куст, ничем не примечательный. Повезло еще, что ночь.
- Ну и где они? Только что были здесь.
- Я не знаю. Я не вижу, след пропал.
- И почему все не закончилось там? Было бы намного проще.
- Было бы проще, это точно.
- Может, просто подождем? Они должны вернуться за этим зверьком. Пешком им далеко не уйти, да и сумки тоже здесь.
- Вряд ли они вернутся, если нас заметили. Эти твари слишком смышленые оказались.
- Ну и что теперь?
- Да ничего, останемся пока здесь. Рано или поздно, все равно обнаружатся, а я сейчас слишком устал, чтобы просто так бегать по ночному лесу.
- Стареешь.
- Тебе ли говорить о старости.
- Ладно, давай просто присядем пока здесь, нам даже ужин оставили. Хочешь попробовать этого зверька? Мы еще не пробовали таких.
- Почему бы и нет, только сделай это быстро, лишний шум нам сейчас ни к чему.
Один из собеседников подошел к варану, взмахнул чем-то едва мелькнувшим, и голова упала с гулким стуком о землю, разливая бурую вязкую жидкость. Тиара крепко зажимает рукой рот Рюсилеи и чувствует, как по пальцам текут слезы. Горькие, отчаянные, наполненные болью. Едва слышно шепчет на ухо:
- Тише, все хорошо, давай выбираться отсюда, пока они заняты другим. Медленно ползи за мной.
Они проползли довольно много, и только на приличном расстоянии встали и побежали. Думать времени не было, переживать тоже. Все чувства и мысли сосредоточились на том, чтобы как можно скорее добраться до ближайшей дороги, а это значит, что где-то там можно будет найти один из домиков земледельцев, и спрятаться хотя бы ненадолго.
Ночь сковывает, страшит своими шорохами, далекими стонами и страшными историями. Темнота казалась бы приятной, если бы мы только знали, что в ней прячется. Когда этого не знаешь, каждое движение листьев отдает трясущимися поджилками. Но бывает и так, что ты знаешь, что прячется в темноте, и от этого становится еще страшнее. Тьма не скроет, не убережет, не поможет. Она лишь сгущается неприятно над головой и шепчет, шепчет, шепчет.
Уже ближе к рассвету они все-таки наткнулись на один из домиков. Спрятались в конюшне, зарылись в стог сена и смогли немного выдохнуть.