Спутанные жизни (часть 3)
- Что это было?
После долгого молчания наконец-то произнесла Суратлин. Они успели вернуться на варана, взмыть в небо и пролететь ни один час. Правда, летели они очень медленно. Девушка не могла прийти в себя, вернуться к себе прежней. А может быть не сможет уже никогда. То, что она увидела и почувствовала, перепутало ее собственные нити души в странный клубок, который завязывался все туже, и распутываться не желал.
- Ты сама можешь ответить на свой вопрос. Просто ты не хочешь этого.
- И все же, я хочу, чтобы ты сказала мне. Что это было?
- Я не обязана тебе ничего говорить. К тому же, любые мои слова не будут правдой, которую ты так отчаянно ищешь. Я могу осыпать тебя определениями, в которых ты только запутаешься. Но нет ничего более истинного, чем собственный опыт, а его ты получила в избытке. Называй это место какими угодно словами, суть его от этого не изменится.
- Но все же…
- Пойми наконец. Нет никакой правды в разговорах и описании события. Правда есть лишь в твоем личном касании с этим событием. Кто-то однажды нашел подобное место, испытал то, что испытала ты, и назвал это место какими-то словами. Это просто звуки, они не будут для тебя ничего значить. Ты можешь сама назвать свой опыт так, как тебе заблагорассудится, и будешь права ровно так же, как кто-то до тебя. Причина названий и описаний явлений лишь в том, чтобы мы смогли договориться об одном и том же. Например, ты скажешь, что попала под дождь. Это будет описанием к тому, почему твоя одежда мокрая, и я пойму, что произошло. Ты не упала в реку, не вылила на себя ведро воды, ты попала под дождь. Вот такое простое явление, как капли воды с неба, и ты знаешь, что это такое. Но сейчас ты просишь меня описать явление, которое сделало тебя иной. Ты не просто мокрая, ты другая, и ты ищешь ответы. Но ты их не найдешь в моих словах. Потому, что только ты пережила это. Ты не сможешь описать мне свой опыт, как и я не смогу описать тебе свой. И если быть совсем откровенной, у тебя не будет возможности поговорить о том, что ты испытала. Не будет возможности всю твою жизнь. Потому, что как бы ты ни старалась, тебя все равно не поймут.
- Но ты же меня понимаешь.
- Да, я имею возможность тебя понять потому, что имела возможность прожить то же самое. Но мы все равно не можем поговорить с тобой об этом. Потому, что никакие слова не опишут то, что мы просто знаем. Ты знаешь, и я знаю, и может быть больше никто в целом мире. Не пытайся найти ответы там, где их нет. Ты задаешь вопрос, на который уже получила исчерпывающий ответ, когда была там. Лучше не будет, понятней не станет. Все, что ты можешь – это чувствовать этот мир и пропускать его через себя. Я могу сказать только одно. Сейчас ты получила крохотное представление о том, какая жизнь тебя ждет ближайшее тысячелетие. Молчаливая жизнь, наполненная только собственными проживаниями, тихая, могущественная, но одинокая. У тебя не найдется слов, чтобы поделиться хоть с кем-то тем, что ты испытываешь.
- Я уже поняла какая жизнь меня ждет. Когда посмотрела на тебя. Я знаю, что должна забрать у тебя твою судьбу.
- И тебя это устраивает?
- Нет того, что будет устраивать или не устраивать меня. Нет меня, есть только нити, которые меня ведут. И если мне нужно ступить на определенную дорогу, мой собственный голос не имеет значения. А потому, я не могу сказать нравится мне это или нет. Потому, что нет того, кто бы выбирал что ему нравится.
- Я ошибалась на твой счет. Может быть, я ошибалась по поводу многих вещей, кто знает.
- Ошибаться – это нормально.
- Не для таких людей, как мы. Если нас ведут по дороге сами Древние, и если мы не противимся этой дороге, то чья это ошибка в итоге? Неужели Древних?
- Возможно, Древние – такие же существа, как и мы. В чем-то похожие на нас, в чем-то отличные. Возможно, иногда они и сами не знают, что будет ошибкой в итоге. Может быть, они мудрее нас, может быть совсем по-иному могущественнее. И может быть, они бывают такими же напуганными, как и мы. Как я сейчас, и как ты.
- Я уже давно не чувствую страха.
- Того животного, когда трясутся конечности, может быть. Но страх сидит глубоко в тебе, я видела это. Он ровным полотном устилает все, что бы ты ни делала. И мой такого же рода. Может быть, именно так в нас проявляется человеческое, несмотря на все осознания собственного пути. Ты боишься, не стоит этого отрицать. Ты боишься жизни так же сильно, как боишься смерти.
- Теперь я сожалею, что позволила тебе увести меня. Хотя одновременно с этим почему-то радуюсь.
- Почему именно сейчас ты сожалеешь о том, что пошла со мной?
- Потому, что рядом с тобой я начинаю сожалеть о многих вещах в своей жизни. О тех вещах, о которых я предпочитала не думать, а еще о совершенно неожиданных вещах. Мне не нравится, что ты видишь меня такую настоящую, на какую я сама не хочу смотреть. И вместе с этим мне приятно, что хотя бы кто-то увидел меня такой. Мы похожи с тобой. Все, что ты можешь сказать обо мне, можешь сказать и о себе тоже. Ты тоже боишься. И жить боишься и умереть. Хотя у тебя примешивается что-то еще, что я не могу различить.