Мама увела Адель в детский развлекательный центр. До их возвращения у меня оставалась пара часов, которые я планировал потратить на попытки уснуть, но, как только собрался прилечь, в номер тихонько вошла Кассандра. По лицу было видно, что ей стыдно, за слова, сказанные во время семейного ужина. Я все еще не решался заговорить первым. В этот раз все ее движения робкие, аккуратные.
— Ну, привет, что ли, — прервала пятиминутную тишину девушка.
— Здравствуй, Кассандра, – коротко произнес я, не найдя других слов. Холодное приветствие ввело ее в замешательство, но чего она ожидала? Слишком много лишнего было сказано тем вечером.
— Присядем? Я должна объясниться... — Девушка прятала свой растерянный взгляд.
Я кивнул, и мы прошли в гостиную. Девушка по-хозяйски уселась на диван, запрокинув правую ногу на левую. Легкое белое платьице с цветочным узором подчеркнуло красивый загар. Касси теребила ткань своей одежды руками, выдавая свою взволнованность. Я предложил ей напитки, но она отказалась, ссылаясь на важность разговора, что заинтриговало меня.
— Даже не знаю, как сказать, — пыталась начать она. — Сначала, я хочу извиниться за свои слова и поведение в целом. Надеюсь, ты понимаешь, что все было сказано на эмоциях. Да и вообще, я пыталась вызвать твою ревность. Понятно?
— Я понимаю, гормоны и все такое, но теперь экспертиза просто необходима. Ты посеяла сомнение перед родителями, тебе и исправлять это положение.
— Конечно. — Девушка громко выдохнула. — Вот только, будь на моем месте твоя драгоценная Кэтрин, экспертиза была бы не нужна. Да? Ты бы принял ее в любом случае.
Удивительно, как изменился тон девушки. Еще пару минут назад она извинялась и скромно прятала взгляд, а уже сейчас откровенно язвит. Я читал в книгах, что перепады настроения и смена поведения – это частые явления при беременности.
— Знаешь, давно хотела спросить. — начала она, встав с дивана и поправив платье. — Почему?
Я удивленно посмотрел на Касси, искренне не понимая вопроса.
— Почему она, а не я? — Девушка разрыдалась и схватила наше совместное с Кэтрин фото. Мы такие счастливые на этом снимке. Он был сделан в тот день, когда мы прогуляли работу. Кэти лежала на моей груди, и я чувствовал себя максимально счастливым, настолько, что хотелось запечатлеть этот момент в памяти. За то недолгое время, что мы были вместе, фотографий сделано много. Кассандра с отвращением посмотрела на фото и швырнула его в стену. Рамка разлетелась на части, а стекло разбилось. — Я, что, не устраивала тебя в постели, или, может, времени мало уделяла, а? Чем она лучше меня? Скажи, Адам!
Вслед за фотографией полетел графин с водой и звонко разбился о стеклянный столик. Я подбежал к девушке и крепко обнял, пытаясь успокоить. Неужели беременность так влияет на женщин?
— Кассандра, прекрати! — Я пытался остановить ее рыдания. — Что с тобой происходит?
— Я люблю тебя, Адам. И готова сделать все, чтобы ты был со мной. Подумай об этом. Готов ли ты к последствиям? — последние слова девушка произнесла зло усмехнувшись, отчего мне стало не по себе. Что она имеет ввиду? Возможно, начнет препятствовать моему общению с нашим общим ребенком. Этого я не позволю. В любом случае, надежда на то, что она успокоится и отпустит меня будет теплиться во мне. После ее заявления, у меня есть некоторые сомнения в отцовстве, но если это мой ребенок, то я хочу быть в дружеских отношениях с его матерью, чтобы он рос в спокойной обстановке.
Девушка ушла, звонко хлопнув дверью, а я начал убирать бардак, что она развела. Вернулись Адель и мама, встретив меня ошарашенными лицами. Я так надеялся убрать все до их возвращения. Не хотелось, чтобы мнение мамы о Касси изменилось в худшую сторону, а Адель пугалась глядя на разрушенное.
— Адель, детка, иди к себе в комнату и подумай, какой мультфильм мы сегодня посмотрим, хорошо? Я сделаю попкорн и присоединюсь к тебе. — Девчушка захлопала в ладоши и побежала к себе, радостно вскрикивая.
Мама помогла мне убрать остатки стекла. Я рассказал ей о встрече с Касси. Если бы не ее беременность, то подумал бы о том, что у нее какое-то психическое расстройство. Грубо говорить такое о матери своего будущего ребенка, но в последнее время она превратилась в истеричку. Конечно, не мне жаловаться на ее поведение, ведь я тоже приложил руку к такому состоянию.
В последние пару дней я всё чаще задумываюсь о том, какой бы была Кэтрин, будучи беременной. Наверное, ее бледные щеки разбавились бы румянцем, в глазах появился бы радостный блеск. Все идеи, что приходили бы ей в голову становились безумнее. Конечно, в хорошем смысле. Каждый счастливый день из этих девяти месяцев я хотел бы находиться рядом с ней. Поддержать в моменты токсикоза, сбегать в магазин за какой-нибудь экзотической вкусностью, помочь застегнуть обувь, почувствовать первый толчок малыша, присутствовать при рождении, держа ее за руку – все это было бы для меня невероятной радостью. Мне кажется, нет ничего прекраснее, чем любимая женщина, которая носит твоего ребенка.