«Энди не существует, - сказал он, - она лишь плод твоего воображения. Выдуманная подружка».
И Сью ему верила! Нельзя же подвергать сомнению слова взрослых. Слова собственных родителей.
Поэтому вместо грусти Сюзан, возможно, впервые в жизни, не считая последних дней, начала по-настоящему злиться. Ярость вообще не была ей свойственна, но она поняла, что в этом чувстве, в пелене в глазах и в скрежете зубов, есть нечто привлекательное. Словно отпускаешь все тормоза, и душа парит в свободном полете. Злость освобождала.
Плечи Сью покрылись длинными царапинами, некоторые из них кровоточили, когда женщина продиралась сквозь заросли роз. Хищные желтые глаза неотрывно наблюдали за ней, прячась за листвой. Они провожали ее взглядами, питались ее гневом и распускали бутоны, яркие мазки света под лунным сиянием – как тот желтый шар, который рвался в небо из тонких пальцев в пронзительно свежий осенний день. Да, Сюзи действительно прятала кое-что под кроватью за выдвижной панелью. Шейла, неудавшаяся гадалка (или, быть может, слишком талантливая гадалка), была абсолютно права.
Когда Пол начал свое «лечение», Сюзан спрятала несколько воспоминаний об Энди в импровизированном тайнике в своей голове. Только всплеск эмоций от событий, которые она не в силах была контролировать, помогли ей высвободить темноволосую малышку из плена.
И хорошо. Потому что без Энди она становилась серой посредственностью.
Без Энди она не смогла бы стать ЛУЧШЕЙ.
Еще несколько шагов. Прыжок через поваленное дерево. И за той группой кустов (сбившихся, словно лев, изготовившийся к атаке) Сюзан, наконец, увидит доказательство своего собственного здравомыслия.
Она была абсолютно уверена в том, что это случится. Но, когда ее взгляд скользнул по кустам и сухому стволу дерева – тому самому, где когда-то жили осы – она ничего не увидела. Только высокие стебли травы, едва колышущейся от ветра. Отчаяние только распалило ярость, как кузнечные меха питают огонь. Сюзан кинулась к дереву, едва не поскользнувшись. Размеренное тяжелое дыхание сменилось частым. Женщине не хватало воздуха.
Руки принялись выдирать траву, раскидывать сухие сучья и ветви. Как заведенная, она бормотала только одно слово: «нет». Под ногти забилась грязь, один из них отломился до основания, пронзив болью безымянный палец. Едва заживший старый порез на пальцах отчаянно ныл. Но Сюзан не обращала внимания на эти проблемы.
И, наконец, она была вознаграждена за настойчивость. Руки мисс Грант коснулись чьи-то холодные твердые пальцы. Сюзан вскрикнула, отшатнулась и плюхнулась на землю задницей, безнадежно пачкая пижамные штаны. Перед ее взглядом предстала картина, которую она так жаждала увидеть.
Пожелтевший череп наполовину врос в землю, глядя на женщину пустыми глазницами. Из их тьмы росла трава, шевелящаяся от ветра, словно инопланетные щупальца. На зубах, оставшихся целыми, все еще сидела потускневшая проволочка брекетов. Кости Энди торчали из грязи в беспорядке, будто какой-то шалун играл с ними несколько минут и разбросал по всей комнате. Пол Грант действительно бросил ее здесь. Мертвую девочку-подростка.
Высохшее дерево загудело, его кора, ссыпающая вниз, вибрировала от сотен дребезжащих крылышек. В дупле чернильная тьма всколыхнулась, замерцала, осиный рой проснулся от долгого сна. Одна за другой полосатые хищницы покидали свое гнездо, которое они устроили там больше двадцати лет назад. Сюзан закрыла глаза, в полной уверенности, что в ее кожу сейчас вонзится множество крошечных игл, на конце каждой из которых капля черного яда.
Но осиный вой лишь нарастал, и никто не собирался нападать на беззащитную женщину. И, когда она решилась вновь взглянуть на мир, ей стало дурно. Перед ней стояла Энди. Мертвая девочка с бледным лицом. Черные волосы слиплись в том месте, где их покрывала кровь. Но постепенно красивое личико исчезало под шевелящимся и непрерывно гудящим покрывалом ос. Их брюшки пульсировали, вздымались и опадали, словно грозились лопнуть, усики двигались, жвала щелкали подобно самым крошечным в мире клещам.
- Бинго! – воскликнула ни на секунду не постаревшая Энди, вскинула руку, выставив два пальца в знак победы, и несколько ос слетело с бледной ладони, - я знала, что ты это сделаешь.
Сюзан глядела на сестру, не в силах пошевелиться. «Может, я все-таки схожу с ума»? – пронеслось в ее голове. Она снова облизывала невидимые брекеты.