Это окно выходило на задний двор, где Сюзи создала небольшой благоухающий уголок флоридского рая. Дэн видел белую резную крышу беседки сквозь листву фруктовых деревьев, свернувшийся на ровном газоне голубой шланг, подстриженные шары кустов с цветами и без, и частично проглядывающий через широкие листья плюща забор. Приятный глазу сад, в котором было здорово собираться с соседями на субботнем барбекю. Никаких собак и кошек, роющих цветы и гадящих прямо посреди идеального травяного ковра. Только Сюзан, занятая… чем-то странным.
Сигарета так и не коснулась губ Дэниэла, замерла в его пальцах. Мужчина высунулся из окна, стараясь понять, что происходит внизу. На его глазах Сюзан подняла что-то из желтой пластиковой ванночки Софи (Камень? Моток веревки? Игрушку?) и швырнула что есть силы в любимую композицию Дэниэла, состоящую из настоящего обломка скалы серебристо-серого цвета, пересеченного множеством линий разлома и окруженного шарообразными кустами роз. Нечто шмякнулось о скалу с отвратительным звуком (Дэн не мог его слышать, зато воображение удивительно живо представило этот звук). И с огромным изумлением мужчина увидел мокрое КРОВАВОЕ пятно, расплывающееся по камню.
Сюзан подошла к обломку скалы и предмету, который секундой ранее спокойно лежал в ванночке, и подняла свою жертву за лапку. Это была лягушка. Дэниэл видел, как она подрагивает в воздухе, пойманная за длинную влажно поблескивавшую ножку. От удара (с какой же силой бросила Сью?) ее белое брюшко лопнуло, несколько петель кишок вывалились наружу. С хладнокровием, достойным мясника, Сюзан взмахнула рукой, раскачивая несчастное животное, и обрушила живой снаряд о скалу. Брызги внутренностей и крови заставили Дэниэла прижать руку ко рту, сдерживая кислый рвотный позыв. С отвращением Дэн увидел, что лапка лягушки все еще остается в пальцах его жены, этой робкой серой мыши, примерной хозяйки с вкуснейшими стейками и яблочными пирогами. Она вновь подняла руку, но дальше мужчина смотреть не стал. Он отпрянул от окна, не замечая даже, что пальцы давно сами собой сломали палочку сигареты.
Дэниэл машинально бросил останки несчастной «Пэл Мэл» в корзину и отправился вниз.
Когда он вышел во двор, Сюзан напевала что-то себе под нос, а в ее руках пульсировал голубой шланг. Она поливала бархатистые розы, и ни следа мертвой лягушки не было видно. Но Дэн увидел, как блестит окаченный водой обломок скалы – лягушачьего эшафота. Сюзан уже смыла кровь, а труп, если от него что-то осталось, скорее всего нашел свое последнее пристанище под розовым кустом.
- Сюзи?
Она обернулась к мужу с теплой и солнечной улыбкой, словно не была совершенно подавлена ссорой с матерью всего несколько минут назад. В ее волосах сверкало флоридское солнце, в брызгах воды из шланга внезапно возникла радуга. Только фотографируй эту картину и используй в качестве почтовых открыток. Дэниэл на мгновение даже подумал о том, что все произошедшее в саду ему привиделось, что так сказывалось отсутствие спокойного сна из-за предстоящей сделки. Если бы не маленькое пятнышко лягушачьих внутренностей, прилипших к светлым бриджам Сюзан.
- Я просил тебя съездить за бумагой, - произнес Дэн медленно, не отрывая взгляда от красного влажного комочка чуть пониже кармана на ее правом бедре.
- Правда? – Сюзан чуть нахмурилась, - я забыла… Должно быть, опять этот провал. Сейчас же съезжу.
- Не беспокойся, милая, - кто бы знал, с каким трудом ему далось это обращение, - я сам.
Дэниэл не имел ни малейшего понятия, что происходило с разумом его жены во время этих «провалов в памяти». Но теперь он мог предположить, откуда у его маленькой дочери периодически появляются все эти лиловые пятна от щипков или ударов. В это невозможно было поверить. Но в тот момент Дэн решил дать Сюзан еще один шанс. Ведь это случилось впервые, а доктор Ричардс тотчас же взяла ситуацию под контроль, забывчивость становилась все более редкой. И окончательно провалы исчезли после смерти матери Сюзи. Тогда Дэниэл позволил себе позабыть о той несчастной лягушке.
Пока все не началось вновь после переезда Пола Гранта из Флориды. Этот старик был словно заслонкой, которая сдерживала горячий поток бурной реки. Стоило его убрать – и течение играючи снесло благоразумие Сюзан. Дэниэл никогда не думал, что решение о разводе дастся ему так легко. Но окончательную точку поставил случай в супермаркете. В тот день Пол звонком сообщил дочери о том, что у него обнаружили неоперабельную опухоль.