На мгновение девочка замерла, впечатав нос в окно и не отрывая взгляда от странного набора одежды, который предстал перед ее глазами. Она не помнила, чтобы ее мать вообще носила такие наряды, такие туфли, и уж тем более парики.
Но затем ужасная догадка болью пронзила разум девочки. Каким-то образом, самым странным и нелепым, Сюзан наряжалась своей пропавшей, погибшей сестрой. Каким-то образом (слуги ада целовали ее ладошки) Энди пробралась в голову ее матери, уставшей от жизни, сломленной последними событиями и потерянной. И сейчас, возможно, Сюзан воображает себя этой чертовой брюнеткой.
Необходимость предупредить отца возросла многократно.
С фонариком Софи легко могла найти свой телефон в подвале. Пока мать не вернулась с полуночной прогулки под ручку с новоявленной сестричкой из Ада. И в любом случае без связки ключей девочка сейчас была бессильна. Бежать сломя голову по дороге в лесу посреди ночи? Нет уж, увольте. Пока что эта проблема казалась ей куда более страшной, чем призрак Энди в ее дворе. Может, она вообще все надумала, и мама сейчас уже лежит в своей кровати, посапывая как ни в чем ни бывало.
Но к подвалу Софи все равно почти бросилась бегом, едва не поскользнувшись у самых ступеней крыльца. Полная тишина, окружающая дом, казалась жуткой и нереальной. Хоть бы один сверчок подал звук! Или запела какая-нибудь ночная птица! Думать о том, что произойдет, если лежащий в подвале телефон выключился, если у него села зарядка, или баланс на счету не позволит совершить звонок, девочке совершенно не хотелось. Так всегда случалось в фильмах, и это означало бы, что она обречена. Что Энди ворвется в дом, поигрывая лезвиями на перчатках или размахивая топором, и крикнет «А вот и ЭНДИ!».
Нога запнулась о ногу, когда Софи спускалась по злополучной лестнице в подвал, но девочка чудом осталась стоять, намертво вцепившись в перила. Подбородок заныл, от расплывшегося по нему лилового синяка онемела челюсть. Но последние несколько ступеней она преодолела вполне благополучно. Подумать только, всего несколько часов назад Софи наслаждалась игрой на своем ноутбуке и даже не могла представить, чем закончится замечательный июнь этого лета.
Мобильник девочка нашла без труда. Он все еще лежал на своем месте рядом со шкафом, в котором прятался одежный монстр за дверцей с трещиной. В подвале связь была не ахти и годилась только для СМС, и Софи пришлось подняться по лестнице почти до самого выхода, чтобы сделать звонок.
«Ну, давай же, пап, ответь», - безостановочно крутилось в ее голове, но гудки прервались холодным сообщением робота-женщины, что абонент не доступен. Такого не бывало еще никогда. Отцу можно было позвонить в любое время суток, и он всегда был на месте, в ожидании нового делового предложения. Его работа не заканчивалась даже с заходом солнца, поэтому мобильный всегда был включен. Но, видимо, кроме сегодняшнего злополучного дня.
«Вот увидишь, ОНА уже поймала папочку. Перерезала ему глотку и теперь охотится за ЛЮБИМОЙ дочуркой».
Софи едва не завыла, отмахиваясь от собственного сознания и от картин, которые рисовало ей воображение. Новая попытка звонка оказалась такой же провальной.
И тут тишина прервалась шагами. Кто-то поднимался по ступеням крыльца. Чьи-то босые ноги заставляли доски мерно поскрипывать. Софи могла поклясться, что слышала жужжание.
Закусив губу, девочка прикрыла дверь в подвал и кубарем скатилась с лестницы, паника гнала ее в самый дальний угол, но она не поддалась ей. Вместо того, чтобы прятаться за коробками и старым телевизором, девочка забралась под лестницу, за сваленные там старые ящики из-под удобрений.
ЗВОНОК. Кто-то мог позвонить ей по телефону в тот самый момент, когда ЭНДИ зайдет проверять подвал. Пальцы дрожали, руки просто ходили ходуном, когда Софи поднимала мобильник, чтобы выключить его. Даже вибрация могла показаться громом в полной тишине.
Но вот о чем девочка совсем забыла – мелодия выключения мобильного радостно пропела в чернильном мраке подвала. Софи сжала себе рот рукой, чтобы не выругаться вслух.
Чьи-то шаги замерли вдалеке. А затем возобновились, приближаясь к зеленой подвальной двери.
Сердце Софи вышагивало марш, гулко билось о ребра, причиняя боль. Тонкие пальцы еще сильнее вжались в губы, вдавливая кожу в зубы, нажимая на лиловый синяк на подбородке. Но это ноющее синее пятно сейчас было таким же важным, как курс доллара на данный момент.
Дверь открылась без единого скрипа, впуская электрический свет в темноту. Яркие лучи скользнули по ступеням лестницы. Мгновение спустя Софи увидела прямо перед собой в проемах между досками босые ноги, покрытые грязью. В правой лодыжке торчал острый сучок, и кровь под ним уже запеклась, но, кажется, владельца ног это абсолютно не смущало.