Пока Софи пыталась щипками и ударами привести ногу в чувство, чтобы на нее хоть как-то можно было опереться, в доме вновь раздались шаги. Голос, далекий и совершенно нереальный, громко произнес:
- Софи! Сюзи! Кто-нибудь есть дома?
Паника вновь захлестнула разум Софи, наряду с огромным облегчением. Дэниэл приехал домой! Вот теперь все будет в порядке. Отец сумеет во всем разобраться, разве нет? Отец ВСЕГДА во всем разбирался. Когда у Софи были проблемы с тренером школьной бейсбольной сборной, когда ее задирали хулиганы в музыкальном кружке, когда… когда девочка начала бояться свою бабушку, которая приходила к ней в кошмарах. Разве не отец прекратил страшные сны?
Нога взвыла, когда Софи оперлась на нее, чтобы встать. И ей пришлось ухватиться руками о доски лестницы перед собой, иначе она повалилась бы на землю.
Только вот отец не знал, с чем ему предстоит встретиться. С мамой происходило нечто странное, связанное с давно забытой реальной-нереальной сестрой. Нужно было предупредить его об опасности. О сверкающем начищенном лезвии топора с длинной ручкой.
Софи кое-как добралась до лестницы. С каждым шагом ногу пронзала боль. Словно кто-то вроде Королевы Червей била фламинго по ежам в странной игре в крокет, где вместо ворот целью служила голень девочки. Но чем сильнее была боль, тем она становилась легче. И каждый новый шаг давался не так тяжело, как предыдущий. И когда Софи поднялась на самый верх и толкнула зеленую дверь, она лишь немного прихрамывала.
- Софи! – голос отца звучал со стороны кухни.
Пройдя мимо лестницы наверх, Софи осознала, наконец, что за шум все это время слышала наверху – Сюзан сооружала некое подобие баррикады на ступенях, водружая на них стулья и почти дотащив до нижней ступени старинный комод. Софи даже видела черные следы от его ножек, ведущие из бывшей комнаты Пола. В Сюзан кто-то заложил невероятную силу, потому что сдвинуть этот комод мог только взрослый мужчина.
- Сюзан, милая, как ты? Где Софи? Почему мне никто не ответил?
Судя по голосу, Дэниэл нашел свою бывшую жену. Потому что дикий крик, полный злобы и отчаяния, совершенно не похожий на обычный тихий говор Сюзан, прорезал воздух. Громкий хруст и отвратительное чавканье раздалось следом, будто какой-то зверь решил полакомиться плотью. Глухой удар о пол, такой, что зазвенела посуда на полках. И тут же закричал мужчина, но его крик легко прервался новым хрустом ломающихся сухих ветвей.
Когда Софи, едва сдерживающая собственные вопли, добралась до кухни и лишь выглянула из-за стены, ей стало дурно. В глубине души она никогда не верила, что мать способна причинить боль кому бы то ни было, включая ее саму и ее отца. Со стороны Дэниэл и Сюзан казались приличной и вежливой парой, из тех, что проводят выходные на природе, а рождество – в кругу огромной череды родных. Все, что происходило сейчас, выглядело натужным фарсом, фантасмагорией, не имеющей место в реальной жизни. Будто спустя пару минут раздастся финальная музыка и поползут наклонные титры. «Студия Парамаунт», еще один опус для любителей пощекотать нервы.
Софи замерла на пороге и не поверила своим глазам. Ощущение, что она все еще спит в подвале под лестницей, никак не хотело отпускать ее рассудок.
Сюзан стояла посреди кухни и пыталась вытащить топорище из спины собственного мужа. Лезвие глубоко ушло в темно-бордовую рубашку и застряло в ребрах. Женщина выглядела почти карикатурно, упираясь одной ногой в тушу неподвижного мужчины и изо всех сил дергая за полированную рукоять. Первый удар она, видимо, нанесла на плечо – не перерубила его, лишь выбила из сустава, отчего рука сейчас лежала почти под прямым углом, цепляясь к телу лоскутами кожи. И, когда Дэн повернулся, чтобы сбежать, едва соображая от боли, она нанесла еще один удар. Или не один – Софи никогда бы не удалось вспомнить, сколько кусачих ударов она слышала, прежде чем оборвался крик отца.
Его рубашка когда-то была голубой.
Софи видела, как из кармана брюк торчит галстук – дразнящий язык забавного остряка. Очки не разбились от удара об пол, просто отлетели в сторону, стекла сверкали незамутненной чистотой. Глаза мужчины были все еще открыты, они уставились в пустоту, словно удивленные произошедшим.
«Этого не могло быть, - говорили они, - Сюзи всегда была такой тихоней».
«Перестань дурачиться, Сюзи, - говорили они, - мне еще подписывать контракт на выгодную сделку с японцами. Лучше приготовься к барбекю в субботу, я пригласил Томпсонов с детьми».