И тогда, возможно… узнаю, кто я есть.
Глава 21 — Поток
Я стоял на краю обрыва. Снизу шумел поток — не река, а бурлящий хребет воды, разлившийся после весеннего ливня.
Он перекрывал путь, но я не спешил искать обход. Я смотрел на воду и думал о море. О настоящем море — Сридин, которое ждёт впереди.
Я не дурак. Я знал, что просто так не перепрыгну его. Не проплыву. Даже если пойду вдоль берега, найду лодку или попутчика — всё это будет полумера. Слишком многое зависит не от случая. Слишком многое — от меня.
Я присел у самого края, вытянув ноги, и прикрыл глаза.
До сих пор моя сила была скорее рефлексом. Открыл глаз — и всё вокруг замерло. Я использовал это в моменты опасности, в бою, на бегу. Но я не понимал, как это работает. Просто принимал.
Теперь этого было недостаточно.
Я вспомнил слова одного старого охотника в Дорне:
"Чтобы приручить бурю — нужно сначала слушать ветер."
Я медленно открыл глаз. Один. Закрытый.
И всё замерло.
Лист, что кружился в воздухе, завис, будто подвешенный на невидимой нити. Капли воды, что сорвались с ветки, застыли в падении. Даже звук исчез — осталась только глухая тишина, как под водой.
Но я не двигался. Я просто наблюдал.
И тогда я начал чувствовать.
Что-то шевелилось внутри. Не боль, не вибрация — течение. Будто под кожей двигалась не кровь, а свет. Он был бледно-синий, прозрачный, как дыхание в холоде. Он не спешил. Он ждал.
Я попытался направить его — мысленно, просто думая: «беги». И течение чуть ускорилось. По ногам. К ступням. К пальцам. А потом — резкая слабость.
Я отключился. Очнулся на спине, глядя в небо. Серое, но спокойное. Грудь сотрясалась от тяжёлого дыхания. Голова кружилась, будто я пробежал двадцать километров.
Я лежал так долго. Потом сел, вздрогнул от холода и понял: я почувствовал Эмергию.
Вечером я развёл костёр. Рядом текла та же река, но теперь я видел её иначе. Она была не просто водой — она была чем-то живым. Я пытался представить, что тело — это тоже река. И поток должен идти, не прорываться.
Я закрыл глаза и дышал медленно. Пальцы дрожали. Внутри снова возникло то шевеление. Я сосредоточился.
Представил, как Эмергия обволакивает мышцы, укрепляет суставы, связывает сухожилия.
Больше я не стремился бежать. Я просто укреплял себя.
Следующие дни прошли в однообразной рутине.
Днём — ходьба, иногда тренировка с глазом.
Вечером — медитация, попытки ощутить поток.
Ночью — восстанавление, тяжёлый сон, странные сны.
Иногда я пытался двигаться с открытым глазом не на секунду, а дольше. Сначала — две. Потом — три. Мышцы горели.
Вены пульсировали. Голова стучала, как кузнечный молот.
Но с каждым разом я падал не так резко. Усталость не приходила мгновенно. Я чувствовал, как Эмергия помогает — не вся, но немного. Будто тело учится быть готовым к потоку.
Однажды я добрался до узкого ущелья, где вода текла по отвесным стенам. Я встал у края и подумал: а если сейчас?
Я открыл глаз — и рванул.
Мир замер. И я шагнул вперёд. Один, другой, третий. По камням, по воде, по скользкому мху. Прыжок — и в последний момент закрыл глаз, приземлившись на каменную полку.
Я выдохнул.
Я смог.
И впервые — не рухнул.
Теперь я знал: у меня получится.
Море — ещё далеко. Я не знал, где именно оно встретит меня. Не знал, какой будет путь — скалы, острова, штормы.
Но я знал главное:
Я не жду чуда.
Я готовлюсь.
Я сам стану тем, кто бежит по воде.
Глава 22 — Прыжок через невозможное
Я шёл вдоль старой охотничьей тропы, когда услышал, как под ногами изменилась земля. Шаг — и камень дрогнул.
Второй — и трава пропала. А дальше была только пустота.
Передо мной раскинулось ущелье. Оно разрубало землю на две части — словно кто-то провёл лезвием сквозь саму плоть континента. Я подошёл ближе и посмотрел вниз. Ни дна, ни воды, только белый туман и тишина, такая глухая, будто звуки туда просто не доходили.
Через пропасть когда-то вёл мост. Я сразу понял это по остаткам каменных опор, торчащих из стен на противоположных концах. Мост был разрушен — не просто обветшал, а разорван. Будто его разнесло внутренним взрывом. С одной стороны — обломки, на которых я стоял. С другой — почти то же самое.