Выбрать главу

Борман на это поспешил возразить:

- Не правда, мой фюрер! Они партизаны все еще активны. В Белоруссии, несмотря на создание марионеточной рады, все еще сильны партизанские зоны. Есть партизаны на Украине. Гораздо слабее они в Прибалтике. Но на Кавказе, в горах тоже действуют отряды сопротивления. Вообще партизанское движение у русских не умерло. Хотя мы и наносим бандитам тяжелые потери.

Гиммлер не слишком уверенно возразил:

- Когда возьмем Москву - партизанщина выдохнется!

Фюрер задал вопрос Гиммлеру:

- А ведь белорусы, светловолосы и голубоглазы. Они похожи на арийский типаж, так ведь?

Глава тайной полиции, разведя руками, ответил:

- Определенно так мой фюрер!

Гитлер недовольно буркнул:

- А такие паскудные... Ух! Самый дикий партизанский край!

Гиммлер заметил:

- Евреев в Белоруссии много, они мутят воду. Но...Есть формирования полицаев, есть пара белорусских эсесовских дивизий. Не все они против нас. Кроме того может объявить амнистию и вернуть народ из лесов!

Фюрер растеряно пробормотал:

- Эта идея не самая лучшая... Но мы посмотрим! Скоро наступать на Москву. И тут войну следует закончить в этом же году!

Майнштейн с тревогой заметил:

- Русские превратили подступы к Москве в неприступную крепость. Тут сплошная линия обороны. Нам придется преодолевать смесь железа и бетона!

Гитлер стукнул кулаком по столу и вякнул:

- Нам следует научиться ломать любые стены! Ведь на то мы Третий Рейх! Для начала нам нужно иметь штурмовые машины. В частности "Штурмтигр"-4 пирамидальной формы и более совершенный!

Порше с готовностью рапортовал:

- Уже изготовлена штурмовая модификация АГ! Мы полностью готовы к серийному производству! Да и "Штурмтигр"-3 в ходе боевых действий себя оправдал. Разве не так?

Майнштейн с досадой заметил:

- Очень уж живучие эти русские! И убей сто раз, а они живут! Их сожги сто раз, а они живут! Их залей свинцом, а они живут... и сражаются!

Фюрер стукнул кулаком по столу и провизжал:

- Если к 1 мая Ульяновск не будет взят, я по срываю вам всем погоны! Какой-то паршивый город все еще держится!

Роммель логично заметил:

- Не стоит торопить войска, это ведет к заметным потерям! Наша авиация и артиллерия наносит Красной Армии огромный урон. Может не стоит форсировать. Чем больше русских мы перемолотим под Ульяновском, тем меньше у них останется сил - защищать Москву! И это главное!

Фюрер со скепсисом ответил:

- Давно мне обещают, что ресурсы у русских истощаться!

Роммель уверенно заявил:

- Но они действительно тают мой фюрер! В России к станкам ставят десятилетних детей, и стариков. Есть случаи, когда на не тяжкие работы мобилизуют даже дошколят. Против наших войск все чаще сражаются женщины и дети. Это даже очевидно! СССР подскребает последние резервы и держится, иссякая силами!

Майнштейн это подтвердил:

- Советы буквально догорают мой фюрер! Не стоит слишком уж нервничать и торопить!

Гитлер обратился к японскому посланнику:

- А почему самураи ведут себе так пассивно! Почему не поддержат нас уверенным наступлением?

Японский министр иностранных дел воскликнул:

- Холода кончились мой фюрер! И мы начнем большое наступление. Не теряя даром, время мы приготовили новые тысячи танков. Русские получат под хвост и будут уверенно разбиты! Поверьте, фюрер - Хирохито жаждет покончить с красной угрозой не меньше, чем вы о великий!

Гитлер конкретно спросил:

- Когда начнется большое японское наступление?

Министр иностранный дел уверенно воскликнул:

- В мае великий фюрер! Как только подсохнут дороги!

Наци номер заметил:

- Это не препятствие! А пока следует дожать русских на крайнем юге. Вся Средняя Азия должна быть наша!

Японец заметил:

- Мы штурмует Алма-Ату, и скоро эта крепость падет!

Фюрер подсказал:

- Вы для начала окружите столицу. И тогда она будет обречена!

Глава МИДа уверенно ответил:

- Мы это сделаем о великий фюрер!

Гитлер предложил с ухмылкой:

- А сейчас посмотрим традиционные гладиаторские бои.

Подобное предложение восприняла свита с умеренным энтузиазмом. Когда это только начиналось, был азарт и желание просматривать грандиозные сражения. Но сейчас это как-то приелось. Гитлер продолжал болтать и спрашивать оруженосцев.