- Отец больше не хочет огорчать Жозе, - раздраженно отмахнулась Анна, - он уже второй десяток скрывает свою связь с ней.
- Анна, я видел, как его растравило, когда ты оказывалась в лечебнице….
- Я видела, - Анна замерла рядом с Отто, - его страх, ее страх, - резко схватив его за пиджак с силой, не подходящей такой девушке, притянула к себе, - а ты? Ты боишься?
Отавиу смотрел в ее блеклые глаза, расширенный зрачок и чувствовал, как дрожат ее пальцы. И да, в этот момент, он чувствовал настоящий страх, ведь он видел какой она может стать…
- Молчишь…, - Анна дерганным, резким движением отшатнулась от него и отвернулась, сгорбившись, глубоко и громко дыша. Отто молчал, внимательно всматриваясь в каждое ее движение. – Все нормально. Со мной. Это не приступ. – Ее голос звучал привычно ровно и холодно. В нем не было эмоций.
- Прости. Твои приступы стали реже, Дориан решил, что в команде ты приобретешь привязанность….
- Да и выжить у тренированной команды в случае моего срыва больше, - Анна оборвала речь ректора. – А эта практика? Как ты мог на такое согласиться? Я даже не могла с собой препараты взять, они все содержат наркотические средства.
- Все было под контролем. – Анна скептически на него посмотрела, Отто замялся, - волков не было, стая обходила ваш сектор. Они вернулись неожиданно. – Признал свою ошибку он. Они замолчали, Анна присела на диван, закинув ногу на ногу и нервно дергая ей.
- Как только мне исполниться 18, я смогу через суд оспорить вашу опеку и получить полную самостоятельность.
- Я знаю. – Он прикрыл глаза, признавая поражение, - твой желает тебя счастья, он надеялся, что здесь ты найдешь себя мужа….
- Отто, - Анна рассмеялась, - я маниакальная сумасшедшая, какая семья? Какой муж? Какие дети? Я могу порезать горло своему ребенку и даже не вспомнить этого. Если бы мой отец был не канцлер, меня просто закрыли навсегда в лечебнице. Хватит строить иллюзии. – Она замолчала, а затем неожиданно тихо призналась, - я специально сказала врачу вырезать матку.
Отто сел перед ней на корточки и сжал холодные подрагивающие пальцы. Не к чему были вопросы как ей это удалось. Ведь не в официальную клинику она пошла, а в подпольную. И точно были лишние вопросы про деньги. Она действительно была невероятно гениальна.
- Прости.
Его извинения тяжестью повисли в кабинете. Анна погрузилась в себя, молчаливо и безучастно глядя перед собой. Ректор сжал ее тонкие ладошки еще сильнее, стараясь привести ее чувство. Анна встрепенулась и рвано сделала глубокий вдох.
- Мне пора…. – Анна стремительно покинула его кабинет, пробежав приемную и выскочив в коридор. Перевела дыхание. Куда идти? Где скрыться от них всех и просто взять себя в руки. Ей впервые не хотелось пить. Тошнило от мысли об алкоголе. Анна усмехнулась своим мыслям. Что ж, последнего удовольствия в жизни уже лишиться может. Оглядев пустой коридор в обе стороны, оттолкнулась от двери приемной и пошла наугад.
Проходя мимо пустых аудиторий, ее резко подхватили под локоть и затолкнули в пустую аудиторию.
- Эй, - возмутилась было она, оглядываясь на этого мерзавца. Это был Дариус, он уже закрывал аудиторию изнутри. – Дариус, я сейчас не хочу ни с кем общаться….
- Это ведь я был? – Он выглядел чересчур серьезным и сосредоточенным. Анна отошла от него на шаг. Он замер перед нет.
- О чем ты? – Анна уперлась поясницей в преподавательский стол, замерла.
- На этой, демоной вечеринки, - молчание, шаг ближе к ней, - я ни малейшего демона не помню, - Анна безразлично пожала плечами. И темный сорвался, мгновенно преодолев разделяющее их расстоянии, он схватил за руку и больно завел за ее спину, заставив посмотреть на него. – Как ты можешь быть такой, - он поморщился, подбирая слова.
- Какой? – с вызовом спросила она. - Отвратительной? Неуравновешенной? Или может быть, неудобной?
- Холодной, - он сильнее сжал ее руку, оставляя синяки, - безразличной. Неужели так сложно просто ответить? – Анна смотрела в его почерневшие глаза, его темная сила искать выход, однако печать крепко держала. Но она чувствовала, его силу, что холодила ее кожу под его пальцами. Он сам то ощущает свою силу? Или печать не дает ему осознать, что иногда он все же использует свою тьму?