Свободная рука Анны взметнулась, чтобы обвить шею темного притягивая к себе, стоило ей просто коснуться его губ, как ее охватил жар, что она не смогла сдержать стона. Дариус не стал ждать от нее продолжения, жадно снимая ее губы, сжимая рукой талию, притягивая к себе ближе. Холод его силы тут же охватил ее, заставив трепетать от восторга контраста их сил.
- Дариус, - тихий, наполненный страстью и желаем шепот Анны сорвал последние сдерживающие темного ограничения. Легко подхватив Анну, Дариус усадил ее на стол, разводя ноги, сильно сжимая бедра. Анна застонала, сдирая с него пиджак, Дариус лишь на секунду от нее оторвался, позволяя сбросить его на пол. И снова жадные прикосновения. Анна, путаясь в пуговицах, отвлекаясь на жаркие поцелуи, старалась расстегнуть ему рубашку. Добравшись до прохладной кожи, она со стоном впилась ноготками в его спину, оставляя глубокие царапины.
- Анна, - рыкнул на нее темный, прикусывая кожу, зубами разрывая ее ожерелье, оголяя тонкую шею. Анна, оставляя еще тонкие царапины заскользила ноготками к его брюкам. Ее юбка уже задрана и скомкана лишней тканью на талии, подрагивая от нетерпения Анна, спускает с него брюки вместе с бельем. С удовольствием подчиняясь его воли и каждому движению, ни медля ни секунды темный стремительно врывается в нее, Анна срывается на вскрик. Дариус замирает, обеспокоенно вглядываясь в ее лицо.
- Продолжай, - Анна нетерпеливо ерзает, ногтями впиваясь в его аппетитную задницу, - прошу, Дар….
И темный в последний раз ей подчиняется, чтобы затем взять полный контроль над ней. Анна подчиняется, покорно выполняя все его пожелания и подчиняясь каждому движению. Утолив обоюдный голод, они замерли в крепких объятиях. Он мягко водил носом по ее лицу, вдыхая аромат кожи. Ноги Анны крепко обнимали любовника, слегка подрагивая после перенесенных волн удовольствия.
- Да, это был ты, - неожиданно хриплым голосом произнесла Анна, Дариус замер, словно окаменев. – Розыгрыш, Француаза посчитала, что будет весело столкнуть нас. Мы ведь, такие…. – она вздохнула, пытаясь подыскать определение, усмехнулась, Дариус отстранился вглядываясь в ее лицо, - нам добавили мескалин и что-то возбуждающее. Я не успела выпить много, почувствовала его вкус, он горький, вызывает сухость во рту. С алкоголем его тяжело определить. Они просто привели меня к комнате и заперли нас вместе. А ты уже был, невменяем. Получилось, то что получилось. – Анна усмехнулась, - странная шутка, но они у них распространены. Каждый год, они подбирают такие пары.
- Анна, пр… - Анна оборвала извинения, приложив ладошки к его губам.
- Уж твоей вины тут нет, мескалин он словно срывает внутренние барьеры. А ты, весьма страстный любовник, - Анна продемонстрировала ему синяк на руке, что он сжимал, Дариус мягко погладил ее руку, нежно целуя запястье.
- Не слишком ли ты опытна? – он подозрительно сощурил глаза.
- Я всегда и все слишком, - усмехнулась Анна, отодвигая его в сторону и спрыгивая со стола.
- Сколько тебя лет? – облокотившись на тот самый стол, он внимательно смотрел как девушка приводит себя в порядок.
- Сейчас 16.
- Ты выглядишь намного старше и ведешь себя соответственно.
- Я же сказала, я всегда слишком, - поправив юбку и ленты, с сожалением провела по обнаженной шее. – Женятся и рожают уже с 14.
- Да, я знаю, у нас это широко распространено, но ректор сказал, что ты ограничена в правах.
- Это идея Артура была, - она поморщилась, обернулась к Дариусу. Темная энергия так и переливалась под его кожей, словно следуя за ней. Наверняка, его не меньше тянет к ней, чем ее к нему. Собственная сила предавала его, желая совсем не подходящую пару. Безумно неподходящую пару. – Он желал ограничить меня и выбрал весьма спорный способ. При помощи влияния канцлера это оказалось не сложно, я признана несовершеннолетней до 21 года. – Анна вздохнула, Отто будет зорко следить теперь за ее «честью» или что там от нее осталось. Да и Санитас будет недоволен: фото печати есть, надо просто со всем разобраться и разорвать эту искусственную, противоестественную тягу. – Раз мы со всем разобрались, - она потерла переносицу, - то давай просто забудем про все это и останемся просто членами одной команды. И не более. Чтобы подобное больше не повторялось.
- Отлично, сам хотел предложить, - его взгляд заледенел, в расстегнутой, не заправленной рубашке он подхватил с пола пиджак и покинул аудиторию. Анна болезненно сжала виски.