Виктор взял лист, просмотрел его и поднял глаза на Андрея Петровича.
"Еще раз спасибо вам," – сказал он. – "Вы даже не представляете, как много это для меня значит."
Покидая здание многофункционального центра, Виктор чувствовал удовлетворение. Его первая попытка использовать навыки манипуляции в новом мире увенчалась успехом. Он смог обойти стандартную процедуру и получить прямой доступ к человеку, принимающему решения.
Однако Виктор понимал, что это только начало. Впереди его ждал долгий путь, и ему предстояло еще много раз применить свои навыки, чтобы достичь своей цели.
Вернувшись в квартиру, Виктор сел за стол и начал анализировать произошедшее. Он вспомнил, как в прошлом, работая в НКВД, использовал подобные техники для получения информации и манипулирования людьми. Тогда это казалось естественным и необходимым. Теперь же он чувствовал легкий укол совести.
"Мир изменился," – подумал Виктор, – "но люди остались прежними. Они все так же поддаются на манипуляции, хотя и стали более осторожными."
Он достал лист с перечнем необходимых документов и обследований, который дал ему Андрей Петрович. Список был внушительным: помимо медицинских справок, требовалось пройти ряд психологических тестов, предоставить образцы почерка и даже сдать анализ ДНК.
Виктор понимал, что получение всех этих документов займет время. Но теперь у него была цель и план действий. Он решил, что начнет с медицинского обследования, так как это казалось наиболее простым этапом.
На следующее утро Виктор отправился в поликлинику. Он выбрал небольшое медицинское учреждение на окраине города, рассудив, что там будет меньше бюрократии и больше шансов на успех.
Войдя в здание поликлиники, Виктор сразу направился к регистратуре. За стойкой сидела пожилая женщина с усталым видом.
"Здравствуйте," – начал Виктор, улыбнувшись своей самой располагающей улыбкой. – "Мне нужна ваша помощь. У меня очень необычная ситуация."
Женщина подняла на него глаза, в которых читалось легкое раздражение.
"Слушаю вас," – сказала она без особого энтузиазма.
Виктор наклонился ближе и заговорил тихим, доверительным тоном:
"Понимаете, я потерял память. У меня нет документов, но мне срочно нужно пройти медицинское обследование. От этого зависит вся моя дальнейшая жизнь."
Женщина нахмурилась:
"Без полиса ОМС мы не можем вас принять. Таковы правила."
Виктор ожидал такого ответа. Он глубоко вздохнул, словно собираясь с силами, и продолжил:
"Я понимаю. Но представьте себе на минуту – вы просыпаетесь однажды утром и не помните, кто вы. Нет документов, нет прошлого. Вы пытаетесь восстановить свою жизнь, но везде сталкиваетесь с отказами. Как бы вы себя чувствовали?"
Он заметил, как выражение лица женщины смягчилось.
"Я не прошу многого," – продолжил Виктор. – "Мне просто нужно базовое обследование. Я готов заплатить за услуги. Неужели нет никакой возможности помочь человеку в такой ситуации?"
Женщина колебалась. Виктор видел, что она борется между желанием помочь и необходимостью следовать правилам.
"Послушайте," – сказала она наконец, понизив голос. – "Я не могу официально вас принять. Но у нас есть врач, Ирина Николаевна. Она иногда принимает пациентов неофициально. Поговорите с ней, может быть, она сможет вам помочь."
Виктор почувствовал, как внутри него вспыхнула искра надежды.
"Спасибо вам огромное," – сказал он с искренней благодарностью. – "Вы не представляете, как много это для меня значит."
Женщина написала на листке бумаги номер кабинета и имя врача.
"Только не говорите, что это я вас направила," – предупредила она.
Виктор кивнул и направился к указанному кабинету. Он постучал и, услышав "Войдите", открыл дверь.
В кабинете за столом сидела женщина лет пятидесяти с добрым, но усталым лицом.
"Здравствуйте, Ирина Николаевна," – начал Виктор. – "Простите за беспокойство. У меня необычная ситуация, и мне сказали, что вы можете помочь."
Ирина Николаевна внимательно посмотрела на него:
"Слушаю вас."
Виктор повторил свою историю, стараясь говорить искренне и эмоционально. Он заметил, как лицо врача смягчилось, когда он рассказывал о своих попытках восстановить память и вернуться к нормальной жизни.