Оракул
Оракул не дает инструкций, что
делать и не предсказывает будущего.
Оракул направляет внимание на те
скрытые силы и мотивы, которые
формируют будущее своим
неощутимым присутствием внутри
каждого момента настоящего.
Профессор Мартин Райнер
Глава 1 Руна Гебо. Партнерство. Дар.
Руна Гебо обозначает дар или партнерство. Появление в вашей жизни этого знака показывает, что единство, объединение или участие в какой либо форме - совсем рядом. Но действительное партнерство может существовать только между отдельными друг от друга и целостными личностями, которые не теряют своей обособленности даже в единстве и единении. Пусть между вами пляшет небесный ветер. У этого знака нет перевернутой позиции, потому что он обозначает дар свободы, от которого проистекают все остальные дары.
Ральф Блюм[1]
[1] Здесь и далее по тексту интерпретация рун дается по Ральфу Блюму
Ralph Blum. The Book of Runes. (London: 1984)
Глава 1.1
Словно со стороны Егор увидел себя сидящим на тростниковой циновке, усердно медитирующим в позе лотоса. Тонкие сизые струйки благовоний, исходящих от палочек, прихотливо извиваясь танцевали в воздухе, что вполне соответствовало обстановке в комнате. Первые утренние лучи уже осторожно крались к краю внешнего круга начерченной на полу Мандаллы[1].
Где-то неподалеку громко пели птицы. Ему начало казаться, что уже два месяца он живет в этом полуразрушенном индуистском храме, затерянном в джунглях Камбоджи. Именно сюда его привезли на стареньком раздолбанном грузовичке, сняв с поезда.
Впрочем, ничего странного в этом не было, просто те, кто готовил его к выполнению задания, решили, что именно здесь проще затеряться, получить новое имя, начать новую жизнь и постепенно обрасти легко проверяемыми деталями, маскируя провалы в придуманной биографии. Теперь его звали Крис Норманн.
К заданию Егора готовили в Москве по специальной программе не сотрудники родного ГРУ, в ведомстве которого он был «прописан», а инструктора из сверхсекретного подразделения Конторы, занятого разработкой приемов, методов и аппаратуры психотропного воздействия на предполагаемого противника. Несмотря на то, что он уже выполнял сложные задания в Иране и провел на нелегальном положении тяжелейший год в Афганистане, к его подготовке инструктора относились серьезно, работая с ним по шестнадцать часов в сутки. Кроме хорошо знакомых обычных дисциплин - стрельбы из всевозможных видов оружия, рукопашного боя, совершенствования навыков работы с радиоаппаратурой и электронными видами связи, вождения различных транспортных средств - с ним усиленно занимались психологи, специалисты по компьютерным технологиям, молекулярной биологии, биохимии. И уж совсем удивительным было обучение верховой езде, фехтованию на шпагах, рубке на саблях и других видах холодного оружия, вплоть до топоров.
В ходе спецподготовки Егору прививали повышенную устойчивость к наркотическим средствам и психотропным препаратам. Во время подобных тренировок его учили замыкаться, на первых же этапах погружатясь в себя. Иногда в ходе тренировок происходили странные сбои аппаратуры, когда Егор просто выходил из-под контроля многочисленных приборов, снимавших кучу параметров: в такие моменты даже хорошо известный полиграф прекращал работать и надолго выходил из строя. После нескольких подобных инцендентов руководство лаборатории, решило впервые испытать на нем первый экспериментальный образец установки ЭЛОХИМ. Из многочисленных объяснений специалистов Егор понял лишь одно: это устройство каким-то образом увеличивает свободную энергию Гиббса[2] (части пространства, находящегося в рабочей камере машины) за счет мощности собственного источника питания, что приводит к ее возвращению в предыдущее, начальное состояние относительно пространственно-временных координат.
Чем закончился эксперимент, Егор не помнил.
Дальше воспоминания о его прошлой, реальной жизни обрывались и начиналось то, что он так старательно пытался забыть, чего боялся, не зная как отличить явь от казавшегося ему бреда больной психики. Из-за этого он начал беспробудно пить, погрузившись в не прекращавшийся несколько лет запой.
Сегодня сознание выскальзывало из-под контроля словно раздваиваясь. Егору попеременно ощущал себя то сидящим на кровати в доме какого то старика, то на циновке в храме в Камбодже. На какую то секунду он упустил контроль...
С утра день не задался. Крис понял это когда черно-белый экран GPS (навигационный прибор глобального позиционирования) пошел пятнами и приказал долго жить. Прежде это вызвало бы безмерное удивление, смешанное с легкой досадой - как если бы он заблудился на плоской, как доска, залитой солнцем равнине Канзаса, что было просто невозможно - если бы не одна незначительная деталь: то же самое произошло с экраном карты-планшета старшего офицера и с каждым инфракрасным прицелом всех членов группы. Когда же наушники заполнил шорох и шелест шумов, стало ясно, что на этот раз они влипли по-крупному, войдя в зону действия Феномена.