- Сдох, сука, Не успел. Катюша, прости не успел... Не успел - дрожащими губами, катаясь по земле, шептал Феликс.
- Я отстраняю тебя от дальнейшего расследования, - обращаясь к Феликсу, сухо произнес Иван Федорович.
- Как скажете, но лучше меня никто не доведет дело до конца. Я его чувствую, - бесцветным голосом проговорил Феликс.
- Товарищ капитан! Товарищ капитан! - мы тут нашли... армейскую панаму. Может ее потеряли те, кто убил этих, -срывающимся голосом возбужденно выкрикивал сержант, пытаясь привлечь внимание офицеров к себе.
Феликс, высморкавшись в траву, ни к кому не обращаясь, сказал: - «Вот оно. Иван Федорыч пора пускать собак. Так я веду преследование или нет?»
Внимательно, как бы оценивая его, Иван Федорыч посмотрел на Феликса и через силу выдавил: - «Давай. Прости, если что не так»,
- Да, ладно. Ну, я пошел, - Феликс отряхнул прилипшие листья, траву и, дождавшись Понтелеймона с собаками, уже обычным, почти спокойным голосом обратился к нему: - «Ну что, собачий бог, возьмет твоя псина след или стара для таких дел?»
- Отчего же не взять, возьмет. Мы привычны, - протягивая панаму овчарке, сдержанно произнес тот.
Взяв след, собака все убыстряя бег, побежала прочь от дома Буля в лес.
Бежали гуськом друг за другом: впереди Понтелеймон - за ним Феликс, замыкал группу участковый. Пробегая мимо озерца, Михалыч, с шумом выдохнув, произнес: - «Я знаю, куда они направляются»,
- Куда? - не останавливаясь, бросил через плечо Феликс.
- К Денису. Эта тропа должна прямиком вывести их к его дому.
Стараясь окончательно не загнать выдохшегося Михал Михалыча, они подошли к дому почти шагом. Приблизившись к забору, натасканная на задержание преступников овчарка не издала ни звука и, если бы не дог во дворе, они подобрались бы к дому незаметно. Как только дог утробно лая подскочил к забору, не сговариваясь, Феликс и участковый выхватили оружие.
Из дома на лай вышел высокий кряжестый мужчина, за ним на крыльце появились две женщины.
- Денис, хозяин дома, Агния его сестра, Фекла, - обозначил скороговоркой вышедших на веранду участковый.
- Это мы. Ваш участковый. Уйми собаку-то, - выкрикнул Михал Михайлыч.
- Да, признали, признали Михалыч, а кто это с тобой? Вроде как не местный.
Денис крепко взял, успокаивая, дога за ошейник.
- Ого, и Понтелеймон с тобой. По делу или кого ищете? - хитро ухмыляясь говорил он, снимая замок с калитки.
- Ищем, ищем, - убирая оружие в кобуру, миролюбиво откликнулся Михалыч.
- К вам никто не заходил? Может, кого видел? - направляясь к дому, продолжал говорить участковый.
- Нет, чужих никого не было. В доме только сестра с Феклой, племянница и дворник - таджик.
- Племянница - это Анютка? - как бы невзначай обронил Михалыч.
- Она... - из голоса Дениса исчезли дружелюбные нотки.
- Так ее же Буль к себе забрал, дом спалил, Фрола убил. Аль не слышал? - говоря, словно гвозди забивая, Михалыч в упор смотрел на хозяина.
Твердо, не отводя глаз, Денис проговорил: - «Уж не подозреваешь ли ты меня в чем? А, Михалыч? Говорю тебе, перед вами прибежала. Вся закопченная, в грязной разорванной одежде. Мычит, ни слова не говорит, рыдает. Только что ее ополоснули. Теперь спит у Феклы».
- Пусть спит, - полуобернувшись к Феликсу и вопросительно глядя на него, промолвил участковый.
- Конечно, пусть спит. Испереживалась. Такое пережить.... Если вы позволите, мы только дом осмотрим. Так, на всякий случай... - безразлично произнес Феликс.
- Смотрите, - Денис отвернулся: «Покажи им дом», - обратился он к Фекле. Та, поджав губы, молча кивнула и провела их в дом.
Понтелеймон с собакой остался на улице.
В доме кроме хозяев и спящей племянницы никого не оказалось. Только в углу веранды на корточках сидел таджик. Феликс уже хотел выйти из дома, но, взглянув на азиата, неожиданно для себя остановился и, обращаясь к Денису, спросил: - «У дворника документы есть?».
- Конечно есть, хозяин, - откликнулся азиат и, порывшись в боковом кармане, достал паспорт, справку о регистрации и, не вставая, протянул их Денису. Тот передал их Феликсу.
Документы были в порядке и Феликс, выйдя с веранды, остановился на последней ступеньке, озираясь вокруг. Одинокий фонарь скудно освещал тропинку, ведущую к калитке. Чуть в стороне от нее, на влажной земле он заметил несколько следов. Почесав переносицу, он нехотя, так, на всякий случай, спросил Понтелеймона по-прежнему неподвижно стоящего рядом с верандой: «Понтелеймон, ты захватил сверток с тапочкой, который я тебе дал?».
- Обижаешь начальник. Нешто мы не понимаем. Вот он, здесь. Куда ему деться. С этими словами он достал из висящей через плечо сумки полиэтиленовый пакет и, вопросительно глядя на Феликса, спросил: - «работать будем?».