Стоящий в стороне прокурор, неожиданно хитро по-мальчишески широко улыбнувшись, как будто подслушав его мысли, громко, с расчетом, чтобы все его слышали, обратился к Ивану:
- Слышь, Федорыч! Помнишь дело Каменева?
Конечно, Иван помнил это нашумевшее в свое время тяжело расследовавшееся дело серийного насильника малолеток. Дело было в самом начале его службы, лет шесть назад. Поздно ночью в электричках маньяк насиловал, либо совершал развратные действия в отношении одиноких девушек, возвращавшихся из города. Между часом и двумя ночи на длинных перегонах он проходил по вагонам, когда в них почти не оставалось пассажиров. Выискав одиноко сидящих в пустых вагонах молоденьких девушек, он подсаживался к ним, сначала приставал, лапал, грязно нецензурно ругался, обнажал член. Пользуясь тем, что, боясь позора, огласки, они не заявляли на него в милицию, он совершал преступления довольно длительное время.
Уверовав в свою безнаказанность, этот урод начал, дождавшись остановки, провожать свои жертвы и на пустынных ночных перронах, натянув на лицо вязаную шапочку с прорезью для глаз, жестоко избивал и насиловал их. Вконец обнаглев, потеряв над собой контроль, он начал убивать женщин. Вот тогда-то молодой эксперт при изъятии объектов со следами крови, спермы с мест происшествия, допустил фантастическую по своей безграмотности ошибку. Изымая высохшие объекты с предметов носителей, он предварительно смачивал марлю своей слюной, тем самым привнося в следы, оставленные преступником, свои собственные генетические признаки. Два раза человек, подозреваемый в совершении этих преступлений, арестовывался. Оба раза в результате несовпадения его группы крови со следами, изъятыми с мест происшествия, он выходил на свободу. И только на третий раз после генотипической экспертизы спермы, изъятой из влагалищ двух последних жертв, было абсолютно точно доказана его причастность к совершению изнасилований, сопряженных с убийствами. А при повторных биологических экспертизах изъятых ранее пятен крови, волос, подногтевого содержимого была доказана прямая его вина. Того эксперта, конечно, уволили, вот только двух последних убитых девочек к жизни не вернуть.
Именно на это дело и намекал прокурор.
На вопросительный взгляд эксперта Иван только молча покачал головой, как бы говоря, что к нему реплика прокурора не относится, махнул рукой и успокоенный эксперт продолжил свою работу.
Пока каждый из присутствующих выбирал перчатки в соответствии со своим размером, криминалист начал проводить обзорную съемку ни к чему не прикасаясь, не меняя положения предметов и тел в салоне. Двое понятых из рабочих депо мрачно наблюдали за его действиями. Наличие трупа смущало их, и они стояли молча, переминаясь с ноги на ногу.
Тот, что был постарше, с проседью в роскошных усах, явно тяготясь своей ролью, время от времени наклонялся к молодому парню в джинсовой куртке и что-то тихо шептал ему на ухо, комментируя происходящее. Неожиданно дверь тамбура с шумом распахнулась, и в вагон вошли двое. Одного Иван отлично знал - это был Феликс, его многолетний заместитель и неоценимый помощник, второй - молоденький лейтенант, с повязкой свежего бинта на шее. На вопросительный взгляд Ивана, Феликс невозмутимо заявил, что он привез участника и потерпевшего происшедших событий. Став центром всеобщего внимания, лейтенантик смутился, щеки его вспыхнули, и он начал путано что-то говорить. Иван тут же мягко его прервал, давая тому возможность успокоиться и сосредоточиться. Быстро взяв себя в руки, он, в общем-то подробно, изложил суть событий, свидетелем и участником которых волею случая оказался.