Неясные очертания примитивной деревянной мебели, глубокая тишина, нарушаемая только потрескиванием фитилей в плошках, создавали ощущение нереальности только что перенесенного.
Вокруг не было никого - ни старика, ни женщины.
Первой пришедшей в голову мыслью было то, что картины и образы, промелькнувшие передо мной, - лишь иллюзия, плод больного воображения. Что ничего на самом деле не было. Не видя в кромешной тьме собственного тела, не в силах оторвать голову от подушки, я, напрягая остатки сил, с трудом ощупал грудь, поднес к глазам руки и понял, что сильно исхудал, превратившись почти в скелет, обтянутый кожей. Полностью осознав свою немощность, я бессильно откинулся на подушку, старясь поудобнее устроиться. Однако мне это не удалось - что-то больно кололо в левое плечо. Правой рукой мне удалось нащупать небольшой металлический предмет. Поднеся его к глазам, я пытался определить, что же это такое. Несмотря на то, что, напрягая зрение, я внимательно разглядывал обнаруженный предмет, его назначение установить никак не удавалось. Что-то неуловимо знакомое в его контурах все время ускользало от меня. Больше всего он походил на заколку, которой женщины закрепляют собранные в пучок волосы на затылке. Однако вес его был слишком велик, чтобы выполнять эту функцию. Примерно тридцатисантиметровая длина предмета также делала сомнительным его использование в качестве любого украшения, в том числе и заколки для волос.
Ярко-красное пятно на подушке от сочащейся из ранки крови все увеличивалось в размерах. Кровь не свертывалась, не теряла текучести. Это натолкнуло меня на мысль, что ранка нанесена достаточно глубоко и совсем недавно.
Как только возникшая мысль утвердилась в сознании, передо мной тут же промелькнули события, предшествующие моему возвращению в реальный мир.
Стреловидный стержень, на три четверти обрамленный по бокам двумя плоскими образованиями, каждый из которых делился на бесчисленные, как бы склеенные друг с другом металлические волоски, имел законченную форму овального пера. Мифическая птица из моего бреда стала явью, а все события, оставившие след в памяти, реальностью.