Неизвестно чему улыбаясь, он сидел на скамейке, бережно перебирая пальцами шелковистые пряди волос. Ему было уютно и спокойно в этом заброшенном уголке старого поселка. Девушка, уставшая от пережитого, убаюканная мягким поглаживанием, крепко спала глубоким сном, какой бывает только в юности. Будить ее было жалко, но и сидеть здесь до утра Егор не мог. Он хорошо понимал, что его должны искать и милиция и бандиты. Ни те, ни другие не оставят без последствий расправу, учиненную им в ресторане. Уходить от преследования надо было немедленно и одному, не привлекая к себе ничьего внимания. Неожиданно за спиной Егора хрустнула сначала одна, потом другая ветка. Резко обернувшись, он увидел мужчину, стоящего в кустах. Густая тень, падающая от зарослей, не позволяла хорошо разглядеть стоящего. От него тянуло тяжелым запахом табака. Нет, неслучайно Егору несколько минут назад показалось, что он ощутил этот запах.
От резкого движения девушка проснулась, открыла глаза и, еще не полностью придя в себя, удивленно посмотрела на Егора. Он же, не слишком обеспокоенный появлением незнакомца, пытался решить, что ему делать: быстро удалиться, оставив девушку в обществе появившегося, или сначала выяснить, кто этот человек? Не представляет ли он опасности для только что спасенного создания?
Очнувшись, девушка напряглась и резко села, как-то по-детски стыдливо поправила платье, натянув его на колени и, удостоверившись что ей ничего не грозит, вопросительно, с некоторой долей кокетства, посмотрела Егору в глаза. От этого взгляда сердце его сначала заколотилось, потом замерло и наконец забилось в обычном ритме.
На какое-то время стоящий в кустах мужчина перестал для него существовать.
Девушка молчала, молчал и Егор. Наконец девушка поднялась с лавки и спокойно направилась к стоящему. Подойдя к нему, она нежно погладила его по заросшей щетиной щеке. От этого прикосновения человек шмыгнул носом и что-то невнятно пробурчал. Девушка, уже полностью освоившись с обстановкой, снисходительно улыбаясь что-то тихо шептала в ухо не соглашавшемуся с ней мужчине.
Из обрывков долетавших до Егора слов он понял, что стоящий мужчина - ее родной дед и что девушка сначала успокаивала его, объясняя, что с ней ничего дурного не произошло, а потом капризным тоном стала настойчиво убеждать его отправиться домой. Поняв, что дед вот-вот сдастся на уговоры и удалится, Егор решительно вмешался в диалог и в приказном тоне потребовал, чтобы дед забрал легкомысленную девицу и тем самым освободил его от необходимости возиться с ней. Говоря это, Егор несколько лукавил: с одной стороны, ему необходимо было побыстрее скрыться от неминуемого преследования, с другой - совсем не хотелось навсегда потерять девушку, имени которой он даже не знал.
За кустами, отделявшими эту троицу от улицы, раздался рев промчавшихся мотоциклов, и Егор догадался, что появились его преследователи. Надеяться на то, что они не подозревают об укрывшем беглецов уголке, не стоило. Поняв о приближении опасности, девушка бросила уговаривать деда и подбежала к Егору. Горячие губы коснулись его уха и быстро зашептали, что зовут ее Аннушка и что живет она в пятом доме на этой улице. Чмокнув в знак благодарности Егора в щеку, она схватила деда за рукав куртки, и они стремительно, на удивление бесшумно скрылись в кустах.
Услышав нарастающий рев возвращающихся мотоциклистов, Егор также спешно покинул ненадолго приютивший его уголок. На его счастье во дворе соседнего дачного участка не было собаки и, перепрыгнув через невысокий штакетник, он незаметно пробрался на соседнюю улицу. По ругани и громким крикам он догадался, что вовремя покинул поляну за трансформаторной будкой и запоздало пожалел, что так неосторожно выбросил запачканный платок. Правда, опасаться, что его обнаружат не приходилось, но все же что-то в последнее время он стал невнимательным, допуская непростительные ошибки.
«Оправданием мне может служить только... - закончить эту мысль он не успел: на улицу, ослепив его светом фар, вылетела пятерка мотоциклистов.
Рев мчащихся машин оглушил его и поэтому, сделав шаг в сторону, он инстинктивно оперся спиной на старый забор, который тут же рухнул под тяжестью его тела. Сидящие на мотоциклах парни, не сбавляя скорости, устремились на него. Еще секунда и он был бы смят, раздавлен, но навыки, полученные в тренировочных лагерях, еще не полностью утратились, и мышцы, словно сжатые пружины, бросили тело в сторону. Не успев затормозить и не ожидая от преследуемого такой прыти, мотоциклисты на полной скорости влетели в густые заросли шиповника и облепихи, окружавшие дачи. Одетые в кожу, с шлемами на головах, парни не слишком пострадали от шипов и колючек, но, выпутываясь из них, потратили определенное время, за которое Егору удалось вскочить на ноги и занять выгодную позицию. Защищенный от возможного нападения со спины мощным стволом дерева, он хладнокровно наблюдал, как матерясь, они выбираются из зарослей. Разглядывая в неярком желтом свете фонаря своих противников, он отметил, что они не случайная шпана, а хорошо организованная и кем-то направленная на его, Егора, поиски группа. То, что их так быстро собрали, его не удивляло. Наличие мобильной связи упрощало задачу, однако описание его примет, требовало от наводчика не столько наблюдательности, сколько определенных профессиональных навыков.